Рубрика | Прогноз

Нефтяные мифы новейшей истории. Миф первый: нефть заканчивается

Нефть не является единственным видом топлива, относительно которого принято думать, что его запасы вот-вот будут исчерпаны. Еще до 1800 г. в Европе волновались по поводу скорого исчерпания запасов угля, который считался тогда основой экономического могущества. В одном из своих романов известный фантаст Жюль Верн писал, что угля хватит «лет на 250…300», а затем: «Станут машины, станут поезда, пароходы, фабрики, заводы – все то, что движет прогресс».

Добыча европейского угля достигла пика к 1913 г., но сегодня она ничтожно мала (в 2005 г. во всей Евразии было добыто всего 436,2 млн т н.э., что на 16% меньше, чем 10 лет назад). Является ли это следствием исчерпания запасов? Вряд ли. В недрах Европы находятся миллиарды тонн угля (если быть точным – 287 млрд т, чего должно хватить на 241 год), однако добыча его обошлась бы европейцам слишком дорого. Даже при ценах, вполне покрывающих затраты, на этот уголь нет спроса, и вряд ли Украине имеет смысл переориентировать свою экономику на данный вид топлива, как сказано в ее Энергетической программе на период до 2030 года. Ведь миллиарды тонн европейского угля бесполезны и так и останутся лежать в недрах Старого света, поскольку взятое отдельно, без расчета спроса и затрат на добычу, количество полезных ископаемых не имеет никакого значения.

Исторически сложилось так, что люди больше верят фактам, подтвержденным цифрами, причем появление цифр им объяснять не нужно. Добыча нефти хоть и росла достаточно быстро, но рубеж в 100 тыс. т был достигнут лишь в 70-х гг. позапрошлого столетия. В 1900 г. в мире добывалось всего 19,8 млн т «черного золота» – меньше, чем сегодня выдает на-гора средняя российская ВИНК. В ХХ в. объемы добычи выросли в 167 раз, достигнув к 2000 г. 3,3 млрд т. Впрочем, 167-кратный рост – не очень хорошее сопоставление, поскольку в знаменателе стоит цифра, близкая к нулю. Естественно, в нынешнем веке такого бурного подъема нефтяной промышленности ожидать невозможно.

Впервые прогноз о скором исчерпании запасов нефти сделал главный геолог штата Огайо Стронг Ньюберри в 1875 г. С тех пор редкое десятилетие проходило без того, чтобы кто-то не поднял тревоги по этому поводу. В 1949 г. один из руководителей исследовательского отдела компании Shell М. Кинг Хабберт предположил, что график зависимости объемов добычи ископаемого топлива от времени представляет собой кривую в форме колокола, которая, достигнув максимума, переходит на небольшое плато, а затем полого сходит на нет. «Сейчас мы находимся на кривой, почти вертикально идущей вверх. Это очень плохо, поскольку чем выше пик на этой кривой, тем круче она падает вниз, — писал аналитик. – Повернуть назад мы не сможем, останавливаться тоже не собираемся. Выход один – идти вперед, в будущее, в котором неизбежно истощение запасов ископаемого топлива».

Поскольку наступление пика нефтедобычи не остановит роста спроса на нефть, продолжал К. Хабберт, возникнет дефицит, и цены на «черное золото» взлетят до заоблачных высот. (Подобное уже случалось: после иранской революции 1979 г. всего 5%-е сокращение добычи привело к четырехкратному росту цен на нефть.) Постоянный рост стоимости топлива будет делать нерентабельной продукцию одной отрасли за другой, начиная с тех, которые находятся в наибольшей зависимости от углеводородного сырья. Эти отрасли начнут «отключаться», что в соответствии с эффектом домино приведет к проблемам и у связанных с ними производств. То есть сначала из-за роста цен на нефтепродукты начнет сокращаться использование личного автотранспорта. Сразу после этого из-за падения спроса начнут останавливаться автозаводы и другие предприятия, изготавливающие продукцию для автомобилей: шины, краски и т. д. Резкий рост безработицы и падение заказов от производителей автомобилей спровоцирует сокращение спроса на продукцию других отраслей и приведет к новой волне банкротств и дальнейшему росту безработицы. Возникший таким образом экономический кризис, в конечном счете, спровоцирует разрушение социальной структуры общества. (Нечто подобное уже происходило в конце 1980-х гг. в СССР, где добыча нефти достигла максимума в 1987-м и к 1991 г. сократилась на 17,3%. Сокращение доходов от нефтеэкспорта, усиленное снижением мировых цен из-за роста поставок из Саудовской Аравии, вызвало экономический кризис и привело к распаду Союза.) Стремясь по возможности отдалить подобные последствия, государства в будущем будут прилагать усилия, направленные на поддержание поставок на необходимом уровне. Это приведет к ряду конфликтов за обладание месторождениями углеводородов: одни будут носить военный характер (арабо-израильская война, вторжение в Ирак), другие – характер дипломатического, экономического, информационного давления (США и Венесуэла).

Графики Кинга Хабберта никто не воспринимал всерьез, пока в 1971 г. не подтвердился один из прогнозов геофизика, данный им в 1956 г. – начали сокращаться объемы добычи нефти в США. И хотя мировой пик нефтедобычи, «запланированный» на 1995 г., так и не наступил, Кинг Хабберт стал известен, а его идеи приобрели статус теории. (Здесь уместно будет заметить, что Соединенные Штаты – единственная страна в мире, которая решила переложить проблему энергообеспечения на других производителей нефти, оставив собственные немалые ресурсы (в 2005 г. – 29,3 млрд т) про запас.)

Следует отметить, что для мировой экономики «нефтяной пик» многократно пересчитывали. Когда подошел 1995-й, а добыча продолжала расти, был назначен новый срок – начало 2004 г. (хотя и с тех пор уровень производства «черного золота» вырос на 5,3%). Сторонники идей К. Хабберта предлагают объяснение, что его модель не учитывала эмбарго 1973 и 1979 гг., снизившее глобальное потребление нефти на 4,6 и 4,7% соответственно.

Кстати, именно после первого объявления эмбарго ведущий нефтяной аналитик США Джеймс Эйкинс опубликовал работу «Нефтяной кризис: на этой раз волки действительно здесь», в которой призвал к увеличению добычи нефти на территории Соединенных Штатов и улучшению отношений с нефтедобывающими странами Ближнего Востока. В 1979 г. президент США Джимми Картер озвучил оценки ЦРУ, заявив, что «нефть иссякает, причем иссякает по всему миру». В 2003 г. New York Times напечатала на своих страницах тревожное сообщение: «Ожидается, что запасы нефти будут исчерпаны в течение ближайших десятилетий». Российские СМИ писали: «Нефти у России осталось на 21 год, то есть большинство ныне живущих граждан страны на практике узнают, как выжить без доходов от нефтяного экспорта».

Согласно прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), сделанному в 2004 г., добыча сырья будет расти только в Заливе (и то до 2030 г.), в остальных же нефтедобывающих регионах мира она будет неуклонно сокращаться. (Правда, в соответствии с Энергетической стратегией Украине на период до 2030 г., в нашей стране производство нефти должно возрасти на четверть — с 4,3 до 5,4 млн т в год.)

К счастью для нас и Украины – импортера и энергозависимого государства — все предсказания об исчерпании запасов неизменно оказывались неверны. В 2005 г. мировая добыча нефти была в 4,4 тыс. раз больше, чем во времена С. Ньюберри, а относительная цена нефти – на пару долларов ниже. Мировые запасы и объемы добычи (даже если не учитывать Ближний Восток) сегодня выше, чем считал Дж. Эйкинс, когда предупреждал о «волках». С того момента, когда Дж. Картер объявил о том, что «нефть иссякает», мировой уровень ее производства вырос на 25%.

Получается интереснейшая картина – простейшие математические выкладки неопровержимо указывают на срок истощения запасов, однако нефть все никак не иссякнет. Почему же она не кончается? Можно выдвинуть три версии.

Версия первая: «невидимая рука» рынка. По мнению статистика Бьорна Ломборга, нефтедобыча – саморегулирующаяся отрасль. «Высокие цены способствуют сокращению потребления и разработке новых источников поставок нефти и других энергоносителей, – утверждает датчанин. – Поскольку геологоразведка – дело дорогостоящее, временной промежуток между изысканиями и началом добычи, как правило, невелик. Поэтому по мере повышения спроса в эксплуатацию постоянно будут вводиться новые месторождения: мы прекратим использовать нефть, когда появятся более выгодные альтернативные энергетические технологии».

Как писала в своей редакционной статье в сентябре 2003 г. New York Times, «со времен нефтяного эмбарго 1973 г. каждый президент, начиная с Ричарда Никсона, обещал уменьшить ненасытный аппетит США в отношении нефти и инвестировал средства в поиск новых источников энергии». Каждое правительство США предлагало широкий набор мер энергетической политики и обосновывало соответствующие государственные расходы. При Дж. Картере Белый дом инициировал принятие закона, запрещающего использование природного газа для таких «низких» целей, как производство электроэнергии. Вместо этого администрация проталкивала через конгресс налоговые кредиты и субсидии для создания и использования синтетического топлива и расширения использования угля в электроэнергетике. С начала века в энергосбережение и альтернативные источники энергии во всем мире были вложены такие средства, что это не может не привести к постепенному накоплению эффекта отдачи. Достаточно сказать, что даже на столь экзотическое топливо, как мазут, распыляемый над угольной пылью, в США ежегодно выделяется по $20 млрд государственных (!) средств.

Версия вторая: подтасовка. В соответствии с этим предположением данные об объемах добычи сознательно подтасовываются Организацией стран-экспортеров нефти (ОПЕК) и другими государствами, занимающимися продажей «черного золота», для увеличения его цены. Важнейшее событие в этой сфере произошло в 1973…1974 гг., когда десяток стран, большинство из которых находится на Ближнем Востоке, приняли согласованное решение о снижении производства. С тех пор они стали постоянно практиковать установление ограничений на объемы добычи, закупорив источник самой дешевой нефти в мире, чтобы поднять цены и тем самым свои доходы.

Косвенным подтверждением версии о подтасовке является сделанное в 1985 г. заявление правительства Кувейта о том, что объем его нефтяных запасов на 50% превышает ранее обнародованные цифры. Там что, обнаружились новые месторождения? Или в этой стране создали технологию, способную увеличить добычу из уже эксплуатирующихся скважин? Нет. Просто ОПЕК, в состав которого входит Кувейт, решил устанавливать квоты добычи для своих членов в соответствии с объемом имеющихся у них запасов. Чем больше у вас запасов, тем больше нефти вы сможете добывать. Примеру Кувейта вскоре последовали другие страны, «скорректировав» данные о своих ресурсах в общей сложности на 300 млрд барр. (если бы это соответствовало действительности, «добавленного» объема хватило бы, чтобы снабжать всю планету нефтью в течение 10 лет). Кроме того, их нефтяной «рог изобилия» никогда не иссякает. Объем добычи давно уже превысил потенциал вновь открываемых месторождений, а Кувейт в 2002 г. публиковал точно такие же данные о своих запасах, что и в 1989-м.

Версия третья: «известные» запасы неадекватно оценивают количество потенциально извлекаемой нефти. Минеральное сырье извлекается из запасов, скрытых в недрах Земли. Эти запасы представляют собой разведанные залежи полезных ископаемых, относительно которых установлена возможность их прибыльной разработки. Исчерпаны ли запасы нефти? Действительно ли их изыскание становится все более трудным делом? Общепринятый ответ на эти вопросы – «конечно, да». Однако и в этом случае распространенное мнение является ошибочным.

В конце прошлого века были открыты гигантские нефтяные поля у берегов Анголы, Нигерии, на Каспии и в арктических морях. 16 ноября 2005 г. Иран объявил об открытии нового месторождения, запасы которого оцениваются примерно в 0,8 млрд барр. нефти и 43 млрд куб. м газа. По данным BP, только за 20 последних лет доказанные запасы нефти в мире возросли на 56% (с 770,4 до 1200,7 млрд барр.). Глядишь, еще найдется. К тому же запасы нефти – это, скорее, не дар природы, а своеобразная разновидность складских товарных остатков, результат определенных инвестиций. Без предварительного прогноза прибыли и объема добычи никто не принимает решения о бурении скважины и ее последующей эксплуатации. Кроме того, со временем, по мере падения давления, эксплуатация любой скважины становится все более затратной. Когда извлечение нефти становятся нерентабельным, скважину выводят из действующего фонда, сколько бы «черного золота» ни оставалось в недрах. Доказанные запасы представляют собой оценку объемов сырья, которые можно с прибылью извлечь из данного фонда скважин, а вовсе не оценку вероятного количества нефти, имеющейся в недрах. В США объем доказанных запасов – это количество нефти, которое можно получить в данном регионе за все годы эксплуатации действующих и новых скважин, при данном состоянии технологии и геофизических знаний и при ценах, являющихся типичными в момент составления прогноза. В других странах, где приняты другие методики определения запасов, соответствующие данные часто не имеют никакой ценности (о Кувейте мы уже говорили). Получается, что нефть есть всегда, просто добывают ее в угоду экономической конъюнктуре.

В отличие от доказанных и вероятных, величина «известных» запасов не является адекватной оценкой количества потенциально извлекаемой нефти. Те, кто думает, что можно определить, сколько нефти спрятано в недрах земли, должны вызывать у нас улыбку. Для точного прогнозирования запасов мы должны точно предсказать будущее науки и технологий, иначе говоря, мы должны точно знать будущее. Но будущего не знает никто.

Концепция исчерпания запасов так распространена, потому что она кажется очевидной. Представим себе любой объем запасов, из которых в течение ряда лет производится добыча. Вывод совершенно ясен: запасы исчерпываются, и наступит время, когда запасы окончательно иссякнут. Нефть, находящаяся под землей, становится все более ценной, настолько более ценной, что возникает пресловутый разрыв – между тем количеством нефти, которое мы хотим иметь, и тем, которое мы можем получить из ограниченных запасов.

Нефть и вправду заканчивается – в определенных местах и в определенное время. Добыча нефти в Аппалачских горах США достигла максимума в 1900 г., в Техасе — в 1972-м. Мало кто помнит, что в начале ХХ в. Украина была одним из крупнейших экспортеров «черного золота» в мире. Однако в глобальном измерении концепция исчерпания никогда не была верна. В конце 1970 г. доказанные запасы в странах, не входящих в ОПЕК, составляли 200 млрд барр. За последующие годы эти страны добыли свыше 500 млрд барр., а их запасы на сегодня оцениваются в 236 млрд. Компании, занятые нефтедобычей, поддерживают темп эксплуатации запасов на уровне 7% в год, после чего консервируют исчерпанные скважины и вводят в действие новые. Страны ОПЕК на начало этого периода имели 412 млрд барр. запасов. За прошедшее время они добыли 374 млрд барр. Их запасы на сегодня составляют 902,4 млрд барр., но очевидно, что они были и остаются намного больше, чем то, что страны картеля извлекли за все эти годы. Одна Саудовская Аравия владеет приблизительно 80 месторождениями, из которых добыча ведется только на девяти. Разумеется, есть еще множество других месторождений, разведанных и неизвестных. Саудовская Аравия не делает инвестиций в разведку, обустройство и разработку месторождений именно потому, что увеличение предложения нефти понизит ее цену на рынке (хотя «всего» $50 млрд хватило бы ей для наращивания добычи на треть уже к 2009 г.).

Рост научно-технического знания снижает затраты, делая рентабельной добычу из не эксплуатирующихся сегодня запасов, расположенных в известных нефтяных провинциях, и побуждая открывать новые. В 1950 г. добычи на морском шельфе не существовало – эта нефть была недоступна для разработки. Около 25 лет назад нефтяники бурили на шельфе скважины глубиной 300 м. Сегодня усовершенствование технологий, позволившее отказаться от использования дорогих стальных конструкций, позволяет бурить шельфовые скважины глубиной 3 км, то есть добывать нефть способом, который раньше считался слишком дорогим. В настоящее время на шельфе добывают более 34% «черного золота». И это вовсе не означает, что специалисты там все изучили – по большому счету, за морские поиски только принимаются.

При этом добыча нефти на шельфе не имеет никакого отношения к провидению или удаче. Она стала возможной из-за того, что рост знаний сделал прибыльными соответствующие инвестиции. Стимулом для роста знания и разработки новых технологий была более высокая экономическая эффективность. Бурение на шельфе и стало такой новой технологией, позволяющей качать нефть из-под поверхности океанского дна. Нефтяники Канады и Венесуэлы разработали способы добычи нефти из песчаных пластов, характерных для шельфа этих стран. Новые технологии уменьшают затраты на добычу, и со временем еще какая-то часть нефти в недрах Земли тоже может попасть в число доказанных запасов.

Несмотря на это, большинство аналитиков продолжает утверждать, что нефть скоро закончится и может наступить ситуация, описанная Томом Кленси в романе «Красный шторм», в котором Советская Армия завоевывает месторождения в Европе после исчерпания запасов нефти в СССР.

Впервые опубликовано в Нефтяном обозрении «Терминал»

Автор:

(Всего статей: 526)

Заместитель директора по специальным проектамСвязаться с автором

Если вы нашли в статье ошибку, выделите ее,
нажмите Ctrl+Enter и предложите исправление

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА

  • Для отображения содержимого включите AdobeFlashPlayer по ссылке

    Get Adobe Flash player

  • Для отображения содержимого включите AdobeFlashPlayer по ссылке

    Get Adobe Flash player

  • Для отображения содержимого включите AdobeFlashPlayer по ссылке

    Get Adobe Flash player

  • Для отображения содержимого включите AdobeFlashPlayer по ссылке

    Get Adobe Flash player

  • Для отображения содержимого включите AdobeFlashPlayer по ссылке

    Get Adobe Flash player

Дискуссия

  • Завершающий стык, соединяющий морскую и прибрежную секции газопровода «Турецкий поток», сварен в Турции.

    Об этом пишет «Прайм» со ссылкой на оператора проекта Turkstream.

    Техническая операция, которая называется надводный захлест, включала в себя подъем прибрежной и глубоководной секций с морского дна на специальную платформу над водой и их сварку в единую нитку газопровода. Общий вес, который был поднят во время работ составил около 409 тонн. После тщательной проверки сварного шва нитка газопровода была уложена на морское дно на глубину 32 метра. Данная операция была проведена на обеих нитках в российских водах в январе-феврале 2019 года и завершена у турецкого побережья в текущем году.

    «Завершающий стык, соединяющий морскую и прибрежную секции «Турецкого потока», был сварен в Турции. Он символизирует завершение всего комплекса работ по созданию газопроводной системы в Черном море», — говорится в сообщении Turkstream.

    «Терминал» писал, «Булгартрансгаз» возобновил тендер на строительство газопровода от турецкой до сербской границы. Оценка инвестиций в проект 474-км участка составляет 2,77 млрд болгарских левов, без учета НДС.

    Читать все: Анекдоты, Др. страны, Компании, энергетика

  • Нельзя помочь тому
  • Он любил курить на рабочем месте
  • – Пап, а чем революции отличаются от переворотов?
  • Сколько предсказателей ни слушай

Архивы

РЕКЛАМА

Использование материалов «http://oilreview.kiev.ua» разрешается при условии ссылки на «Терминал».

Для интернет-изданий обязательна прямая, открытая для поисковых систем, гиперссылка в первом абзаце на конкретный материал.


Please leave this field empty.

Ваши Имя Фамилия (обязательно):

Ваш контактный телефон:

Ваш E-Mail (обязательно):

Ваше сообщение:

Исправить это! :)

Ошибка:

Как правильно: