Прогноз (продолжение)

Как мы предсказали финансовый кризис

Экономический прогноз – это оценка перспектив развития как экономики в целом, так и отдельных рынков и результатов экономических процессов.

1) Зачем нужен прогноз, чем он отличается от плана?

По сути, прогнозирование и планирование ставит перед собой одни и те же задачи. Между этими процессами существует неразрывная связь и не существует резких границ. Прогноз и план различаются способами оперирования информацией о будущем. Прогноз всегда предшествует планированию, определяя границы последнего и являясь основой плана. Прогноз имеет дело с ярко выраженной неопределенностью информации и потому не ставит задачей предугадать детали будущего. В общем виде задача прогноза состоит в уменьшении неопределенности или, по крайней мере, превращении неопределенности в вероятность (риск). Вероятностное описание возможного или желательного – это прогноз. Директивные решения относительно достижения возможного или желательного – план. Прогноз заключается в определении возможных состояний явления в будущем и путей и сроков достижения возможных состояний явления, принимаемых в качестве цели. Другими словами, прогноз ставит цели для планирования. Возможно, наиболее точно на вопрос, зачем нужны прогнозы, отвечает известная фраза И. Канта: «Знать, чтобы предвидеть; предвидеть, чтобы управлять».

2) Кому и зачем нужны экономические прогнозы?

Прогноз о состоянии экономики в целом нужен фактически всем: политикам, бизнесменам, правительству и отдельным гражданам. По сути, этот прогноз сводится к определению поворотных точек общих тенденций в экономике. К таким точкам относятся: 1) точки начала рецессий; 2) точки начала финансовых кризисов; 3) точки ускорения или замедления темпов роста и инфляции. Важность прогнозов таких точек определяется, в частности, тем, что именно с ними ассоциируются наибольшие «обвалы» на мировых биржах. Последняя глубокая рецессия и продолжительный финансовый кризис показали, что от этих кризисов пострадали практически все — как огромные финансовые корпорации, так мелкие компании и отдельные инвесторы (предприниматели). Такой волны банкротств не было со времен Великой Депрессии. При этом от последних кризисов обанкротились многие известные корпорации, пережившие даже Великую Депрессию. В свою очередь, от знания времени наступления поворотных точек (кризисов) зависит эффективность управления как государством, так и компанией, поскольку в момент наступления кризиса тактика управления меняется на противоположную. Таким образом, информация о времени наступления кризисов и смены экономических трендов лежит в основе прогнозирования более частных вопросов (входящая информация), касающихся отдельных рынков, компаний, частных предпринимателей или отдельных граждан.

3) Чем определяется точность прогнозов?

В идеале прогноз должен определить характер будущего событие и время его наступления. Однако характер будущего события не всегда является критерием точности прогнозов, поскольку иногда противодействие по предотвращению предсказанного неблагоприятного события могут изменить само событие, которое может и не наступить (благодаря этим противодействиям). В этом случае прогноз считается точным, поскольку составляется именно для последующих действий или противодействий касательно прогнозируемого события.

4) Что можно сказать о точности экономических прогнозов?

Существуют ли экономические модели, дающие приемлемую точность? Существует большое количество моделей прогнозирования, которые дают неплохой результат в определённые периоды времени. Как правило, это интервалы между сменами экономических трендов. В пределах одного тренда точность прогнозирования вполне приемлемая.

Однако, основная проблема – спрогнозировать смену тренда или его крайнюю форму – кризис. Наиболее показательна в этом смысле характеристика моделей прогнозирования, данная Полом Кругманом, лауреат нобелевской премии по экономике, в своей статье для The New York Times в начале 2010 года. Он отмечает тот факт, что все известные ему экономические модели не в состоянии были спрогнозировать начала последней рецессии и финансового кризиса. В связи с этим Кругман критикует экономические исследования последних 30 лет, называя их в лучшем случае бесполезными, а в худшем — просто вредными.

Проблема в том, что существующие модели часто дают ложные сигналы, т.е. иногда предсказывают кризисы, которых не было или пропускают кризис, который был. Это делает практически бесполезными такие модели.

Однако, НТЦ «Психея» эксклюзивно использует для прогнозирования экономических кризисов новую ресурсную модель экономических циклов, которая за 40-ний период тестирования на примере США не дала ни одного фальшивого сигнала и не пропустила ни одного экономического кризиса. Модель настолько новая, что ещё не попала в поле зрения западных экономистов.

На основе этой модели время начала последней рецессии в США и главные удары финансового кризиса были точно предсказаны за много месяцев до их начала (детальнее см. Терминал №27,32, 36 за 2009 год и №10 за 2010 год).

Нефтяной рынок продолжает удивлять ценами даже бывалых игроков. На первый взгляд, они непредсказуемы и необъяснимы. Даже в экспертном сообществе нет единодушия: можно ли прогнозировать ценовую ситуацию на рынке нефти хотя бы в среднесрочной перспективе? Понимание того, от чего зависят мировые цены (читайте тему номера «Маркс отдыхает» в «Терминале» №26 от 29 июня 2009 г.) может привести в уныние даже оптимистически настроенных аналитиков. Тем не менее, есть эксперты, считающие, что мировые цены не только можно, но и нужно прогнозировать.

Модель макроэкономической динамики

Бандура Александр Викторович, доцент Киево-Могилянской Академии, разработал уникальную модель макроэкономической динамики, которая позволяет с достаточной для практического применения точностью предсказывать начало/окончание экономических и финансовых кризисов, изменение направлений движения цен на основные биржевые товары (в частности, на нефть), основные финансовые индексы. Ни одна из известных в мире моделей не дает подобных результатов (практическое свидетельство тому — череда банкротств крупнейших мировых финансовых и страховых компаний, а также значительная глубина экономического и финансового кризисов по всему миру).

«Терминал»: Что представляет собой Ваша модель? Чем она отличается от других известных моделей?

Бандура: Фактически модель, названная мною ресурсной — это первая в мире модель, которая описывает поведение экономики в общем виде. Она может применяться для любого сочетания экономических условий, конъюнктуры и для любой страны независимо от уровня ее развития. Для сравнения: все существующие в мире теоретические модели являются локальными, справедливыми для определенного сочетания экономических условий. При смене условий модель перестает работать, и на ее смену приходит другая, соответствующая новым условиям. Кроме того, ресурсная модель — единственная, которая может применяться не только для прогнозирования рецессий, но и финансовых кризисов, а также цен на биржевые товары и некоторые ключевые финансовые индексы. Так, например, за последние сорок лет в США сменилось, по крайней мере, пять моделей, которые объясняли причину возникновения рецессий, но все они потерпели неудачу при смене конъюнктуры. И только ресурсная модель успешно объяснила все рецессии в США за последнее сорокалетие, а в Испании — за восемнадцать лет на основе единственной первопричины, что служит дополнительным подтверждением как корректности модели, так и ее общего характера, применимости в любых рыночных условиях для любых стран.

«Терминал»: Нельзя ли просто использовать в разное время разные модели, чтобы верно описывать или прогнозировать развитие рынка?

А. Бандура: К сожалению, это практически невозможно. Проблема в том, что об изменении экономических условий в рамках традиционного анализа (теорий, моделей) можно узнать лишь с опозданием или, как говорят экономисты — с временным лагом. То есть о том, что какая-либо модель «не сработает», нельзя наверняка узнать до того, как она не выдаст ошибку. Но это слишком поздно, потерь уже не удастся избежать. Предложенная мною модель позволяет полностью устранить временные лаги и предсказать то, что покажут статистические данные за несколько месяцев до того, как они будут официально опубликованы.

«Терминал»: Означает ли нетрадиционность Вашей работы, что отвергаются наработки других экономистов?

А. Бандура: Конечно, нет. Под нетрадиционностью понимается, скорее, отличие от принципов построения стандартных западных моделей. В основе предлагаемой модели лежат работы М. Туган-Барановского, Н. Кондратьева, В. Вернадского. Так что можно говорить о развитии славянской экономической школы в экономике. Модель — синтез основных положительных сторон известных моделей. Это позволяет избавиться от некоторых недостатков в них. Например, ресурсная модель позволяет достаточно точно прогнозировать время начала:

1) рецессий — за 10-12 месяцев до их фактического начала и за 22-24 месяца до их официального датирования.

2) финансовых кризисов — за 3-4 месяца до краха финансовых и товарных рынков.

Кроме того, на базе ресурсной модели впервые объясняется в общем виде существующая статистическая взаимозависимость между ценами на нефть и темпами экономического роста. Именно это позволяет прогнозировать тенденции цен на нефть минимум за 3-4 месяца до фактической смены тенденции. Такого результата не дает ни одна модель в мире.

«Терминал»: Каков принцип работы ресурсной модели?

А. Бандура: Первичной движущей силой экономических циклов есть несовершенство или неравновесность рынков. Скажем иначе, отклонение от идеала. Это отклонение, накапливаясь во времени, приводит как к экономическим, так и финансовым кризисам. А сам кризис можно рассматривать как вынужденную коррекцию рынков. Таким образом, кризисы объективно генерируются внутри самой рыночной системы. При этом различные субъективные факторы (государственное регулирование, монопольное влияние, рыночные спекуляции) могут усилить или ослабить объективно сформированный тренд.

«Терминал»: Как можно проверить справедливость такой модели бизнес-циклов?

А. Бандура: Модель с одинаковым успехом тестировалась для экономик США и Испании. На рисунке представлены результаты такого тестирования для США. Об эффективности ресурсной модели датирования циклов дополнительно свидетельствует и тот факт, что окончательная ревизия статистических данных по темпам роста ВВП США уже два раза подряд подтвердила точность прогнозов на базе этой модели.

«Терминал» : В таблице предсказаны и тенденции цен на нефть на бирже Нью-Йорка. Использовалась ли для такого прогноза Ваша модель?

А. Бандура: Да, использовалась. Модель впервые позволила в общем случае объяснить существующую статистическую связь между ценами на энергоносители (в частности, нефть) и темпами экономического роста. Не будем утомлять читателей излишним теоретизированием, но приведем два простых правила определения направления ценового тренда для нефти на товарной бирже Нью-Йорка (NYMEX), которые непосредственно вытекают из ресурсной модели бизнес-циклов. За всю историю торгов на NYMEX, которая началась с 1983 г., наблюдалось лишь одно исключение из правила — в 1987 г. Однако это исключение легко объясняется таким мощным форс-мажорным фактором, который действовал против тренда, как окончание войны между Ираном и Ираком (№2 и №3 в ОПЭК по объемам добычи нефти). Через несколько месяцев после этого цена на нефть вновь вернулась в русло тренда и «наверстала упущенное». Кстати, таким образом можно предсказывать тенденции цен не только на нефть, а и на другие биржевые товары (металлы, зерновые и т. п.), а также на основные финансовые индексы, например, CRB-index, курсовую динамику цен десятилетних ценных бумаг казначейства США и другие.

«Терминал»: А чем объяснить стремительный рост цен на нефть, который наблюдался перед сегодняшней рецессией и мировым экономическим кризисом?

А. Бандура: В общем случае цена на любой вид товара, согласно модели, состоит из двух составляющих: объективной — не зависящей от воли экономических агентов, и субъективной — спекуляции, ошибки управления и т. п. Для развития спекуляций необходимо прежде всего время. Именно в этот период сложились объективные условия для роста цен, которые были многократно усилены спекуляциями — созданы так называемые «пузыри».

«Терминал»: Какое значение для Украины имеют цены на нефть в далекой от нас Америке?

А. Бандура: Фактически, прогнозируя цены на нефть в США, мы автоматически прогнозируем мировые цены на нефть. Разница в ценах нефти на Нью-Йоркской и Лондонской биржах отличается не более чем на $3-6/барр. Иначе будет выгоден так называемый арбитраж, то есть по сути безрисковое получение прибыли. Например, если цена в Нью-Йорке ниже, чем в Лондоне, то будет выгодно одновременно купить нефть в США и тут же продать в Британии. Тем самым вы зафиксируете прибыль, равную разнице цен между биржами. Для получения прибыли вам остается только доставить нефть из США в Британию. Именно стоимостью фрахта танкера и его страховкой в основном и определяется разница цен между биржами в разных частях света. Множество арбитражных компаний по всему миру отслеживают цены и не дают вырасти разнице цен между биржами. Поэтому цены на ведущих биржах являются системообразующими, то есть такими, от которых зависят другие мировые цены. Вместе с тем, это не исключает того, что цена в Украине будет отличаться от этих мировых цен, поскольку на наш рынок оказывают влияние и другие факторы.

«Терминал»: Почему Вы тестировали модель именно для этих стран, почему не для Украины?

А. Бандура: Я начинал работать над моделью еще в начале 90-х. Для ее всестороннего тестирования необходимы были статистические данные для страны с развитой рыночной экономикой, причем для длительного периода времени (несколько десятков лет). Очевидно, что Украина не обладала такой статистической базой, да и с рыночной экономикой как-то не складывалось. Кроме того, мало кто в мире поверил бы в общность модели, которая тестировалась бы только на примере Украины. В идеале для тестирования нужна была статистическая база США, Англии, Франции, Германии, поскольку эти базы наиболее представительны и детально представлены практически за последние сто лет. В 1996 г. мне повезло в научном плане — я познакомился с двумя Нобелевскими лауреатами по экономике — Х. Мински (Институт экономики Дж. Ливи) и Дж. Тобином (Йельский университет). Кстати, в тот год я проводил исследования именно в частном исследовательском институте Дж. Ливи, в штате которого было всего 12 ученых, одним из которых и был Х. Мински. Конечно, сегодня мою модель можно применить и для Украины, однако изначально одноразовая настройка модели требует довольно много времени и сил. Нужно отобрать необходимый набор данных для последующей обработки в модели и т. д. Кроме того, процесс глобализации и открытости рынков приводит к тому, что ключевые выводы по развитию как Украины, так и других стран можно сделать, анализируя только экономику США (наибольшего потребителя мировых ресурсов и наибольшего покупателя мирового ВВП).

«Терминал»: Например?

А. Бандура: Например, в июле 2008 г. модель показала, что еще один удар финансового кризиса ожидается в США в октябре-ноябре. Это означало, что возникнет дефицит долларов на международных финансовых рынках, что сильно затруднит внешнее кредитование. С другой стороны, газовые долги, которые надо было выплатить в конце 2008 г., отрицательное сальдо торгового баланса (которое увеличивалось, в частности, за счет ревальвации гривни и галопирующей инфляции) неизбежно усилят спрос на доллары, которые можно будет одолжить в основном на внутреннем рынке. А если принять во внимание объективную базу финансового кризиса (она усиливалась вышеупомянутыми украинскими реалиями), которая сформировалась как в США, так и в Украине, то очевидно, что резкое падение гривни и рост доллара были фактически неизбежны. И я, кстати, перевел все свои скромные сбережения в доллары еще в августе (без паники и по курсу 4,5-4,6 грн/$). А через два месяца курс доллара вырос почти вдвое, как известно.

«Терминал»: Спасибо, Александр, за интервью. Надеюсь, что теперь количество скептиков, не верящих в возможность эффективных экономических прогнозов, поубавится. Очень надеюсь, что и в Украине, по примеру РФ, будут созданы институты, которые объединят научные академические и отраслевые силы для решения задачи государственной важности — прогноза развития мировой экономики и экономики нашей страны. Трудно даже представить, скольких бед можно было бы избежать Украине, имей мы своевременный точный прогноз развития мировой экономики.

Записал Сергей Сапегин

РЕКЛАМА

  • You need to upgrade your Flash Player
  • You need to upgrade your Flash Player
  • You need to upgrade your Flash Player
  • You need to upgrade your Flash Player
  • You need to upgrade your Flash Player

Дискуссия

Архивы

РЕКЛАМА

Использование материалов «http://oilreview.kiev.ua» разрешается при условии ссылки на «Терминал».

Для интернет-изданий обязательна прямая, открытая для поисковых систем, гиперссылка в первом абзаце на конкретный материал.


Please leave this field empty.

Ваши Имя Фамилия (обязательно):

Ваш контактный телефон:

Ваш E-Mail (обязательно):

Ваше сообщение:

Исправить это! :)

Ошибка:

Как правильно: