Енергоспоживання в Україні на сьогодні становить 200 кВт на один квадратний метр, тоді як в європейських країнах цей показник на рівні — 50, 60, 80.

Про це повідомив віце-прем’єр-міністр — міністр регіонального розвитку, будівництва та ЖКГ України Геннадій Зубко, пише прес-служба міністерства.

«Сьогодні енергоспоживання в Україні — 200 кВт на один квадратний метр, тоді як в європейських країнах цей показник на рівні — 50, 60, 80. Біля 18 млрд кубів газу щорічно споживає житловий сектор! Тож, ми розробили маршрутну карту щодо монетизації субсидій, яка передбачала два етапи. У минулому році ми перейшли на монетизацію на рівні підприємств-постачальників послуг. На цей рік було заплановано монетизацію на рівні домогосподарств, яка зараз стартувала», — зазначив він.

Говорячи про причини цього, Зубко зазначив, що важливим для уряду є те, щоб споживач сам управляв своїми коштами, і управляв своєю енергоефективністю. «Ніхто не буде заперечувати, що субсидія, яка являла собою віртуальні клірингові розрахунки — на практиці була гальмом енергоефективності. Адже люди, які її отримували, не були зацікавлені у впровадженні енергоефективності і відповідно економії», — зазначив віце-прем’єр.

Урядовець підкреслив, що наразі Україна переходить на систему, коли субсидіант буде чітко розуміти, що він отримує субсидії за соціальними нормативами споживання.

«Людина, яка споживає менше газу і відповідно сплачує менше, може ці кошти інвестувати в енергоефективність і надалі економити ще більше власних коштів. Тож, на мою думку, монетизація субсидій, це стимул і мотивація людей до впровадження енергоефективності», — відзначив Зубко.

Як зазначається, на сьогодні практично 4 млн домогосподарств потребують допомоги від держави. З них 69,9% — це люди пенсійного віку.

«Термінал» писав, 6 лютого Президент Петро Порошенко заявив про завдання за найближчі 5 років забезпечити енергетичну незалежність України і відмовитися від імпортного газу.

Украина должна развивать энергетическую независимость и обходиться без импортного газа.

Об этом сообщил Президент Украины Петр Порошенко во время совещания по введению монетизации субсидий, передает корреспондент УНН.

«Если в контракте 2009 года предполагалось, что Украина должна брать 52 млрд кубов импортного газа… в 2017 году Украина импортировала 14 млрд кубов, а в 2018 — 10,5 млрд кубов. Ставим задачу в ближайшие 5 лет обеспечить энергетическую независимость государства. Украина должна обходиться без импортного газа», — отметил Порошенко.

По его словам, это должно происходить за счет наращивания собственной добычи за счет энергосбережения и энергетической независимости.

«Терминал» писал, Украина импортировала газ по европейскому направлению в июле в среднем по цене 309,1 долл., а в июне — 267,4 долл. за 1 тыс. кубометров.

Перед правительством Украины стоит очень нетривиальная задача. Реформы идут очень сложно, из-за их болезненности для потребителей и наличия «особых» интересов в энергетическом секторе.

Об этом пишет в «Европейской правде» заместитель председателя комитета ВР по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности Ольга Белькова.

Как напоминает автор статьи, в августе Конгресс США конституционным большинством одобрил окончательный вариант санкционного акта Countering America’s Adversaries Through Sanctions Act. Так, часть санкций, которая может прямо повлиять на строительство Nord Stream-2, описана в секции # 232 акта.

Необходимо продемонстрировать подобную единство и в части выполнения другой секции – «положительных санкций» в отношении Украины, которые содержатся в секции # 257 акта, пишет автор статьи, и предусматривают помощь Украине в части создания плана достижения энергетической независимости и дальнейшего внедрения реформ.

«Ожидания американских политиков сводятся к следующему: мы готовы поддержать Украину путем введения санкций в отношении России, ее чиновников, российских и иностранных компаний как таковых, использующих энергетику как оружие против Украины, — пишет О. Белькова. — Однако и Украина должна активно работать для того, чтобы появился четкий план того, как наша страна станет действительно независимой от России в части энергетики и сделает невозможным шантаж со стороны последней по странам Европы.

Одним из оснований акте по Украине является составление комплексного плана по повышению энергетической безопасности в Украине, увеличение объемов энергии, произведенной в Украине, и уменьшение зависимости от импорта российских энергоносителей.

Подготовка такой дорожной карты и мониторинг ее реализации предусматривает тесное взаимодействие и сотрудничество государственного секретаря США, Государственного агентства по международному развитию США (USAID), министра энергетики США и правительства Украины, отмечает автор.

Для таких целей правительство США готово выделить $30 млн в течение ближайших двух лет.

Будущий общий план должен включать стратегии рыночной либерализации, эффективного регулирования и надзора, обеспечения надежности, энергоэффективности и диверсификации поставок и предусматривать, как минимум, следующие направления изменений для Украины:

• продвижение передовых технологий и современных методов работы в нефтегазовом секторе;
• проведение современных геофизических исследований и международных тендеров, которые помогут привлечь квалифицированных инвесторов для поиска и разработки потенциальных ресурсов;
• расширение возможностей для передачи электроэнергии между Украиной и Европой;
• усиление способности страны поддерживать стабильность и надежность электросетей;
• независимый регуляторный надзор рынка природного газа и электрической энергии;
• имплементация положений закона о рынке природного газа, включая ценообразование, структуру тарифов и правовое регулирование;
• приватизация государственных энергетических компаний, должно осуществляться в правовом поле и по процедурам, соответствующие передовой мировой практике;
• закупка и наладка аварийных поставок топлива, в том числе реверсные потоки газа из Европы;
• оказание технической помощи для кризисного планирования и реагирования на кризисы;
• ремонт инфраструктуры, обеспечивающей транспортировку топлива;
• ремонт оборудования для передачи и поставок энергии;
• повышение эффективности использования энергии и другие мероприятия, направленные на снижение спроса на энергию в Украине.

«На самом деле, такие планы должны составляться национальными правительствами стран, потому что это их прямая задача, именно они ответственны за формирование и реализацию государственной политики, в том числе в энергетической сфере, — пишет нардеп. — Но читая нормы акта по осуществлению контроля Конгресса и Сената над санкциями в рамках этого документа, можно сделать вывод, что секция # 257 будет отслеживаться этими органами каждые 180 дней».

Так, Госсекретарь США подробно будет докладывать американским политикам о нашем прогрессе в части реализации мероприятий по внедрению энергетических реформ. Так же, как он будет отчитываться о ситуации с санкциями против России.

«Переводя с дипломатически политического языка в чисто политическую — США готовы внедрять и поддерживать санкции против России, даже если они противоречат краткосрочным коммерческим интересам американского бизнеса, но только в случае, если будут видеть сильную оборону самой Украине и не только на поле реального боя на Востоке, но и в виде продолжения стратегических реформ», — отмечает нардеп.

«А теперь давайте подумаем, кто и как в Украине может реально взяться за работу по подготовке этого плана и консолидации всех усилий с нашей стороны, чтобы доказать преданность реформам?» — спрашивает О. Белькова. И продолжает:

«Кто будет коммуницировать с коллегами из США, демонстрируя наш прогресс, и объяснять его детали? Какой именно орган будет ответственным за комплексность подхода к воплощению энергетических реформ по всем направлениям?

Перед правительством Украины стоит очень нетривиальная задача. Реформы и так идут очень сложно, из-за их болезненность для потребителей и наличие «особых» интересов в энергетическом секторе. А теперь в России есть еще большая заинтересованность в несоблюдении нами своих целей по реализации заявленных реформ.

России определенным образом везет, потому что ей достаточно просто перессорить украинцев и еще раз начать «петь свою песню» о том, что мы не в состоянии провести никаких энергетических реформ, а затем и российская часть санкций не имеет смысла.

Если на нашей стороне не будет прогресса, или он не будет представлен правильно, у наших союзников в Конгрессе станет меньше аргументов в нашу поддержку».

Именно поэтому правительство, президент и парламент должны срочно приступить к созданию определенного координационного центра по подготовке плана и постоянный мониторинг его выполнения, заключает нардеп.  Этот орган должен быть межведомственным, считает нардеп, так как ни одно из министерств само по себе непосредственно не отвечает за весь спектр вопросов, требующих урегулирования.

Как ранее сообщал «Терминал», Порошенко ставит задачу перевести закупку Европой российского газа после 2019 года на восточную границу Украины.

Обеспечил ли Кабмин энергетическую независимость Украины?

Автору этих строк удалось застать те далекие времена, когда за грамматическую ошибку в указе Президента можно было лишиться работы. Нынешняя «элита» презрительно именует тот период «расцветом преступной власти». Оно и понятно, ведь новое поколение правительственных чиновников не обращает внимания на текст подписываемых документов. Более того, хозяева кабинетов на Печерских холмах сознательно вводят в заблуждение украинских граждан в отношении результатов работы возглавляемых ими органов власти. Цинично прикрываясь «законами военного времени» и «политикой европейской интеграции», Кабмин довел до совершенства деятельность, называемую служебным подлогом. Столь масштабной подтасовки данных в официальном отчете правительства украинская история еще не знала.

Видимо, опасаясь, что когда-то придется отвечать за ушедшие в песок средства, правительство поспешило заявить о реализации главной задачи объявленной год назад «Новой политики» – ни много ни мало, «обеспечении энергетической независимости Украины». Что же понимают под ней отечественные чиновники – те самые, политически грамотные и знающие английский лучше иного американца? Невозможно удержаться, чтобы не привести все перечисленные «достижения».

1. «Обеспечена диверсификация поставок угля: импорт из РФ в 2015 г. составил 628 тыс. т, что на 69% меньше, чем в 2014 г. Импорт из ЮАР в 2015-м вырос на 139% и составил 897 тыс. т (в 2014-м – 376 тыс. т)». Но, позвольте, о какой «диверсификации» может идти речь, если собственная добыча сократилась за год на 39% (энергетического угля – на 35%)? И хотя, по данным Госстата (который так хочется разогнать реформаторам, поскольку он, дескать, «врет»), из ЮАР в январе-ноябре было действительно импортировано 0,84 млн т угля, но из России – не 628 тыс., а 7,1 млн т. Может, правительство имеет в виду антрацит для ТЭС, которого было завезено из РФ 0,78 млн т? Но тогда не сходятся объемы импорта из Южной Африки (0,18, а не 0,90 млн т). К тому же, авторы отчета забыли о такой «мелочи», как стоимость поставок. Несмотря на снижение мировых цен почти на треть, приобретение недостающего топлива обошлось нашей стране всего на 11% дешевле, чем в 2014 г. ($1,6 млрд по сравнению с $1,8 млрд), притом что «стране-агрессору» досталось $0,8 млрд (то есть 49% затраченных средств; год назад – 63%). Что неудивительно, ведь договор на поставку африканского антрацита, обошедшегося «Центрэнерго» не в $57, как планировалось, а $70/т (и это с учетом меньшей калорийности и «забытой» стоимости перевалки) был подписан со швейцарской Mercuria Energy Trading SA, занявшей в 2010 г. пятое место в мире по продажам российской нефти (!).

2. «Целенаправленно реализуются задачи диверсификации поставок природного газа. Общий объем импорта газа в Украину в январе-декабре минувшего года уменьшился на 15,5% до 16,5 млрд куб. м (за соответствующий период 2014 г. – 19,5 млрд куб. м), в том числе из РФ уменьшился на 57,3% до 6,1 млрд куб. м, из ЕС – увеличился в два раза до 10,3 млрд куб. м». Правда, умалчивается, что благодаря непродуманному повышению рентных платежей, инициированному тем же правительством, добыча газа сократилась еще на 3%, объемы поискового бурения уменьшились со 162 до 132 тыс. м, эксплуатационного – со 113 до 99 тыс. м, а сколь-нибудь существенного прироста запасов вообще не наблюдалось. Между тем, именно «увеличение собственной добычи углеводородов» стоит первым заданием «диверсификации путей и источников поставок энергоносителей» в Программе деятельности Кабинета Министров. Да и «увеличение поставок газа из ЕС» – не более чем трюк. Ведь это не результат подписания средне- или долгосрочных контрактов с добывающими компаниями, а приобретение избытка российского топлива у посредников, два из которых являются партнерами «Газпрома» по Северному потоку, еще один тесно сотрудничает с «Роснефтью», а четвертый, по словам одного из украинских экспертов, «торгует всем, что плохо лежит».

3. «Подписано Соглашение об интерконнекторе с FGSZ (Венгрия)». Спору нет: оно действительно заключено и позволяет обмениваться с коллегами информацией о потоках газа, их объемах, сроках прокачки, заказчиках и получателях (хоть и не имеет прямого отношения к диверсификации поставок). Но «Нефтегаз Украины» попросил Европейскую комиссию привести отношения «Укртрансгаза» с операторами ГТС стран-соседей в соответствие с действующим в ЕС законодательством за девять месяцев до утверждения программы деятельности Кабмина. При этом шла речь не только о венгерском, но и словацком, польском и румынском операторах. И где же соглашения с ними?

4. «Потребление газа в 2015 г. уменьшилось на 21%, с 42,6 до 33,8 млрд куб. м». Кабмин предпочел умолчать, почему уменьшился спрос на топливо. А произошло это не благодаря повышению энергоэффективности экономики и реализации программ по энергосбережению. Украина по-прежнему нагревает окружающую среду 40 млн т у.т., вылетающими в трубу в буквальном смысле слова. Сокращение потребления произошло из-за банальной нехватки средств на закупку газа и падения производства (–13% по сравнению с прошлым годом; –16% в отраслях, использующих этот ресурс в качестве сырья).

5. «Проведены мероприятия по привлечению финансовых ресурсов, необходимых для обеспечения накопления топлива в необходимых объемах. К 1 января 2015 г. в подземных хранилищах газа находилось около 13,9 млрд куб. м газа (к 1 января 2014-го – 11,4 млрд куб. м), что на 17,4% больше, чем в 2014 г.». Но в правительстве не могут не знать, что 15 октября прошлого года в ПХГ находилось всего 17 млрд куб. м газа, из которых 2 млрд являлись предметом судебных разбирательств, а еще 5 млрд представляли собой буферный газ. Между тем, в Приложении 20 Плана мер по подготовке объектов топливно-энергетического комплекса к осенне-зимнему периоду 2015/16 гг. и его прохождению четко сказано: «Европейской комиссией рекомендовано, чтобы объемы природного газа, которые хранятся в ПХГ Украины, достигли 20,7 млрд куб. м к 15 октября 2015 г.».

6. «На складах ТЭС и ТЭЦ по состоянию на 1 января 2016 г. накоплено 2 804 тыс. т угля, что больше прошлогоднего показателя на 1 346 тыс. т (1 458 тыс. т)». Забавно, что авторы отчета сравнивают запасы газа по состоянию на 1 января 2014 и 2015 гг., а угля – по состоянию на 1 января 2015 и 2016 гг. Если же привести данные к одной сравнительной базе, окажется, что к 1 января 2015-го угля было накоплено в 2,9 раза меньше, чем к 1 января 2014 г. (1447 и 4239 тыс. т соответственно). К тому же большая часть антрацита оказалась запертой на двух энергетических «островах» – Бурштынской и Луганской ТЭС.

7. «Продолжена диверсификация поставок свежего ядерного топлива на украинские АЭС. Осуществлена поставка запланированной на 2015 г. одной партии ядерного топлива производства компании Westinghouse Electric Sweden AB, которая будет использована для перезагрузки энергоблока №3 Южно-Украинской АЭС. Проводится работа по возможности эксплуатации ядерного топлива компании Westinghouse на энергоблоках №2 Южно-Украинской АЭС, №3 и 5 Запорожской АЭС». Во-первых, «продолжение диверсификации» и «проведение работ» не считаются продуктами или результатами политики. Во-вторых, контракт с Westinghouse подписан задолго до утверждения состава нынешнего правительства (30 марта 2008 г.), а дополнение №13 к нему предусматривает поставку пяти партий американского топлива лишь в 2016 г. И то лишь тогда, «если будут достигнуты положительные результаты тестовых испытаний».

8. «Обеспечено балансирование энергосистемы в условиях перебоев с поставками топлива на тепловые электростанции и снижено потребление электрической энергии за 12 месяцев 2015 г. на 11,6% (без учета Донецкой и Луганской областей – на 3,7%)». Но «балансирование энергосистемы» не входит в функции правительства, которое должно кланяться в ноги американским синоптикам, предсказавшим теплую зиму, и специалистам «Укрэнерго», профессионализм которых позволил компенсировать безалаберность чиновников, незнакомых с принципами антикризисного управления.

9. «Увеличена доля атомной генерации в общем производстве электроэнергии в Украине в 2015 г. с 49 до 56%». Во-первых, до 54%. Во всяком случае, такую цифру приводит Госстат. Во-вторых, изменение структуры генерации стало следствием не политики правительства, а уменьшения выработки энергии на ТЭС из-за дефицита топлива (о чем упоминается в предыдущем «достижении» Кабмина). В-третьих, увеличение доли атомной генерации – это провал политики, поскольку отечественная энергосистема и так испытывает дефицит маневренных мощностей, а регулировать частоту в сети гигаваттными атомными блоками – это уж слишком!

10. «Оптимизирована формула для расчета стартовой цены на специализированных аукционах по продаже сжиженного газа для нужд населения, что привело к снижению стоимости сжиженного газа». Довольно сложно понять, почему это «достижение» отнесено к «обеспечению энергетической независимости». Особенно если вспомнить, что семь лет назад потребность нашей страны в пропан-бутане удовлетворялась за счет собственного производства. Теперь же Украина импортирует 59% сжиженного газа, а специализированные аукционы по его продаже монополизированы несколькими компаниями, не располагающими материально-технической базой для хранения и транспортировки этого ресурса, а также наполнения и обслуживания бытовых баллонов. Следствием этого стал неконтролируе­мый переток значительных объемов пропан-бутана в коммерческий сегмент рынка, позволяющий продавать его с газовозов и «серых» АГЗП, которых уже больше, чем легальных заправок.

Увы, об этой стороне «энергетической независимости Украины» в отчете умалчивается, как не сказано в нем о 80…85-процентной зависимости Украины от импорта бензина и дизельного топлива, 50 и 75% которых завозится из стран Таможенного Союза. Вновь проигнорирован тот факт, что, оказав давление на Республику Беларусь (напрямую или через российских акционеров Мозырского НПЗ), Москва способна заблокировать две трети поставок, необходимых украинской экономике. А ведь такой шаг приведет к образованию дефицита в размере до 6 млн т в год, который можно компенсировать за счет резервов лишь на четверть. Поскольку нефтепродукты являются инфраструктурными товарами, их недостаток приведет к кумулятивному росту цен на товары и услуги, снижению и так невысокой платежеспособности населения и усилению социального недовольства, в первую очередь в восточных и южных регионах страны.

Так обеспечил ли Кабмин «энергетическую независимость Украины»?

К сожалению, это словосочетание используется политиками, «когда им нечего сказать». Ведь даже в 2000-х наша страна зависела от импорта топлива и энергии меньше большинства государств Европы – от Литвы и Латвии до Италии с Испанией (хоть и больше, чем ЕС в целом благодаря наличию энергопрофицитных Дании и Великобритании). Зависимость Украины от поставок органического топлива составляла около 60%, тогда как для ЕС этот показатель равнялся 53%. Уровню нашей страны примерно соответствовали такие государства Европы, как Германия (59%) и Австрия (69%). При этом доля собственной добычи в потреблении газа Украиной в 2015 г. достигла 55%, тогда как в Австрии, Венгрии, Германии и Италии она не превышала 20%, а Испания, Чехия и Словакия газа вообще не добывали.

Еще хуже обстоит дело с диверсификацией. Лишь у Бельгии, Германии, Италии и Франции доля крупнейшего импортера не превышает 40%, тогда как у Испании больше половины импорта приходится на Алжир, а Венгрия, Австрия, Чехия и Словакия покупают в основном российский газ. Таким образом, правило, в соответствии с которым максимальная доля поставок энергоносителей из любой страны, не входящей в ЕС, не должна превышать 30% для каждого из членов Союза (Регламент 1775/2005, Директивы 2005/89/ЕС, 2004/67/ЕС), соблюдается не всеми. И то обстоятельство, что до 2014 г. наша страна зависела от импорта российского газа на 40…60%, на общеевропейском фоне выглядит обычным.

Другое дело, что в Украине:
не обеспечена энергетическая безопасность, то есть состояние, при котором:
– гарантировано достаточное, надежное и безопасное энергетическое снабжение;
– невозможно оказать давление на лиц, принимающих решения в энергетической сфере;
– минимизировано воздействие на окружающую среду;
– в целом отсутствует социальная напряженность;
не решены задачи:
– оценки текущего состояния энергетики относительно предельного или идеального, установления на этой основе уровня экономической безопасности и разработки мер по его повышению;
– сравнения состояний в различные периоды для определения тенденций, оценки реализованных мер или воздействия дестабилизирующих факторов;
– выбора решений, наилучших для обеспечения энергетической безопасности, при прогнозировании развития экономики и страны в целом.

Это не позволяет:
— разрабатывать мероприятия по повышению энергетической безопасности и/или нейтрализации угроз и оценивать их результаты;
— прогнозировать состояние энергетической безопасности при различных сценариях;
— выбирать наилучший вариант развития страны с учетом обеспечения ее энергетической безопасности.

В правительстве, похоже, не понимают, что высокая энергоэффективность экономики важнее энергетической независимости. Между тем, Украина расходует на выпуск единицы продукции вчетверо больше энергии, чем любая из стран Старой Европы. Даже с учетом паритета покупательной способности и климатических условий на 1 кВт · ч потребляемой в Украине энергии приходится $1,7 ВВП, тогда как в Польше – $3,9, а в ФРГ – $4,5. (В некоторых публикациях говорится, что на $1 ВВП Украина тратит впятеро больше энергии, чем Польша, и в 22 раза, чем ФРГ.) Если же оценивать эффективность использования энергии величиной валового национального продукта, полученного при сжигании 1 кг условного топлива, то с показателем $0,5…0,6 наша страна разделит с РФ последнее место среди государств со сходными климатическими условиями (в Польше – $1,7, в ФРГ – $7,7). За годы независимости это соотношение почти не изменилось, что свидетельствует о консервации технологий во всех отраслях экономики. Столь же низкой является энергоэффективность лишь одной страны – РФ. Но если наша агрессивная соседка, располагая огромными запасами энергоносителей, может себе это позволить, то Украина, потратившая с 1999 г. свыше $120 млрд на закупку нефти и газа, поступать так не имеет права.

За последние двадцать лет потребность мира в энергии выросла вчетверо. В настоящее время человечество потребляет свыше 11,2 млрд т нефтяного эквивалента, что в 22 раза больше, чем в 1900 г. При этом наблюдается опережающий (в пропорции 2:1) рост потребностей в энергии по сравнению с увеличением численности населения. Уровень энергетического развития отдельно взятых стран и мира в целом становится определяющим показателем для экономики и общества.

Почему же нынешние чиновники с таким упорством цепляются за миф об энергетической зависимости, ежегодно выводя из Украины в уплату импортных (сперва российских, а теперь – «европейских», американских, южноафриканских) ресурсов десятки миллиардов долларов, но не стимулируя собственную добычу и развитие малых, «рассредоточенных» источников, предоставляющих энергетическую и финансовую независимость отдельным гражданам и субъектам хозяйствования? Ответ тривиален: такая политика позволяет сохранить централизованное управление и армию бюрократов, не несущих никакой ответственности за нынешние и будущие решения.
В общем, картина вырисовывается неприглядная.

Наталья Слободян,

директор департамента энергетики Международного центра перспективных исследований

«Энергетическое богатство» РФ может стать фатальным в определении геополитического и экономического будущего страны.

В современном мире энергозависимых экономик определяющим фактором принятия стратегических решений в геополитическом измерении выступает энергетическая составляющая. Не исключение в этом контексте и агрессивный внешнеполитический курс России на европейском пространстве.

Российская Федерация длительное время остается одной из ведущих стран-экспортеров на мировом рынке энергоресурсов. Занимая лидирующие позиции по объему добычи нефти в глобальном измерении, сейчас Москва обеспечивает более 12% мировой нефтеторговли. Около 23% мировых запасов природного газа залегает в российских недрах, благодаря чему на данный момент РФ охватывает четвертую часть объемов мировой торговли указанным энергоносителем.

Огромное значение для стабильного функционирования российской экономики, защищенности расходов социальной сферы, поступательного развития и реализации научно-технических проектов, а также бесперебойной эффективной работы ряда других отраслей, которые, как правило, прямо или косвенно влияют на формирование «силы» государства, – занимает нефтегазовая сфера. Судьба доходов от экспорта продуктов нефтегазовой промышленности в российской экономике в последнее десятилетие стремительно растет.

При подобных обстоятельствах американский исследователь энергетической геополитики П. Швейцер уверен, что основной предпосылкой политико-экономического банкротства Кремля в будущем, станет падение цен на энергоресурсы, прежде всего, на нефть и газ. В частности, по расчетам ученого, снижение мировой цены на нефть в пределах 10 долларов, неизбежно приведет к увеличению дефицита федерального бюджета РФ на 1,4% ВВП. Весомым подкреплением обоснованности выдвинутого предположения является наличие прямой зависимости доходности российского бюджета от мировой цены на нефть. Стоимость на энергетическом рынке нефти марки Brent является базисом в формировании ценовой политики для большинства мировых видов нефти. Стоимость российской марки экспортной нефтяной смеси Urals рассчитывается с небольшим дисконтом относительно Brent. Сопоставляя во временном пространстве показатели величин, которые представлены на рис. 1 и рис. 2 за период 2003-2013 гг., прослеживается синхронный рост энергоприбыли России в соответствии с увеличением мировой цены на нефть. Причем достаточно длительное ощутимое падение средней цены на мировом рынке нефти, которое наблюдалось в течение 2007 и 2009, спровоцировало соответствующее заметное сокращение энергодоходности федерального бюджета России. Подобная закономерность, на наш взгляд, служит достаточной доказательной базой способности предложенного американским ученым заключения. Ведь, даже краткосрочное резкое снижение стоимости нефти на мировом рынке в начале 2013 обусловило фактическое замирание величины бюджетных энергопоступлений РФ на отметке 49,9%.

В течение последних лет энергетические ресурсы уверенно занимают две трети от общего объема российского экспорта. В случае существенного падения цен и спроса на мировом рынке нефти и газа, на фоне настоящего отрицательного баланса России в торговле услугами и экспорте готовой продукции, это может стать причиной мощного экономического удара и выступить катализатором политической «перезагрузки» в стране. По прогнозам Института энергетических исследований РАН, в случае консолидации «антироссийских политических сил» на международной арене после 2015 г. нефтяной экспорт России может упасть на 25-30%, что в свою очередь, уменьшит размер ВВП страны более чем на 100 млрд долл. Не случайно А. Сулианов, министр финансов РФ, оценивая риски экономической безопасности своего государства в пояснительной записке в федеральный бюджет на 2014-2016 гг., особенно акцентировал внимание на нефтегазовом дефиците бюджета 2013 в размере 10,3% ВВП. Указанное обстоятельство, по мнению чиновника, делает экономику России чрезвычайно уязвимой к внешним факторам, учитывая, что чиновник поставил неотложную задачу – в 2016 сократить объем ненефтегазового дефицита до уровня 8,4%, чтобы таким образом нивелировать возможные угрозы, спровоцированные негативными тенденциями на мировом энергетическом рынке.

  Подробнее материал читайте в журнале «Терминал»

Продвинуться в целее достижения энергетической независимости правительство Украины планирует, внедряя программы замещения потребления природного газа, использования альтернативных видов топлива и внедрения энергоэффективных технологий.

Об этом заявил председатель Государственного агентства по энергоэффективности и энергосбережению Сергей Савчук на брифинге в Доме Правительства 4 сентября, передает Урядовий портал.

По его словам, Украина добывает собственного газа около 20 млрд куб. м, который в основном направляется на нужды населения, остальные потребители (промышленность, предприятия тепловой энергетики, учреждения) потребляют дорогой импортный российский газ.

«На сегодняшний день цель правительства не только в пересмотре цены на газ, а, прежде всего, в уменьшении его использования», — говорит он.

С. Савчук сообщил, что на следующий год стоит задача заменить минимум 1 млрд. Куб. м газа за счет перевода котельных на твердое топливо.

Для этого нужно использовать возможности Украины как аграрного государства, в частности пищевой промышленности, а также увеличить выращивания энергетических культур.

«На сегодня наша цель: чтобы тот ресурс, который есть в Украине, с точки зрения биоэнергетики, работал не только на экспорт, а заменял импортный газ и работал здесь», — отметил председатель Госэнергоэффективности.

В планах правительства совершенствование законодательной базы для создания благоприятной бизнес среды в сфере энергозамещения, в частности, производства котлов, пеллет, выращивания энергетических культур и т.п.

«Если мы создадим законодательные условия для бизнеса, то инвестиции, которые на сегодня уже сами себя реализуют, будут удвоены, а то и утроенные. И на этот рынок будут заходить не только отечественные предприятия, но и иностранные », — сказал С. Савчук.

Напомним, 3 сентября текущего года правительство приняло постановление, согласно которому более 500 миллионов гривень средств Европейского Союза будут направлены на проекты по замещению газа в Украине. 493 млн грн пойдут на модернизацию объектов по замене котлов, а 4,8 млн грн направят на повышение осведомленности граждан о преимуществах использования альтернативных видов топлива.

Также 50 млн грн предусмотрены для компенсации кредитных расходов на замену котлов для населения.

На испанском острове Эль Хьерро собираются создать единственный в мире регион, который будет жить только за счет возобновляемой энергии.

Данная станция называется «Горона-де-Бьенто» по планам она должна быть запущена летом, но переход только на альтернативную энергию произойдет постепенно, пишет газета «Нафтопродукти».

Именно к концу этого года планируется вывести недавно построенную ветро-приливную электростанцию на полную мощность. Вот тогда все жители острова (11 тыс. человек) будут пользоваться энергией, которую принято называть «зеленой».

Авторы проекта верят в свое детище и считают, что станция вполне способна справится с планируемой нагрузкой. Сама станция использует два типа турбин – ветротурбины, и приливно-отливные турбины. Совокупная мощность всей станции – 23 МВт. Эта цифра в 3 раза больше всего, что нужно острову даже при нагрузках в час пик.

Стоимость создания новой станции – 80 млн. евро. Инвестиции должны окупиться через 20 лет использования энергий природы.

Отметим, что альтернативные источники энергии, в особенности ветер, применяются в Испании довольно активно. Убедиться в этом можно, ознакомившись с ранжированием источников энергии в стране:

– Ветряные электростанции – 20.9%

– Атомные электростанции – 20.8%

– Теплоэлектростанции на каменном угле – 14.6%

– Гидроэлектростанции – 14.4%

– Парогазовые электростанции – 9.6%

– Солнечная энергетика – 3.1%

Подробнее читайте в номере еженедельной газеты «Нафтопродукти» от 5 мая 2014 г. Кроме того, Вы сможете узнать много интересного и полезного из других материалов.

Михаил КРИВОГУЗ,
канд. экон. наук, ведущий научный
сотрудник ИМЭМО РАН (г. Москва)

Энергетическая независимость Украины – популярный лозунг или достижимая цель

На протяжении последних лет политики, авторы научных публикаций и статей в СМИ, в том числе в Украине, оперируют понятием «энергетическая безопасность». Широко используются связанные с ним термины «энергетический суверенитет», «энергетическая независимость», «справедливая цена на энергоресурсы», даже «энергетическое оружие» и «энергетический национализм». Но при этом каждый автор вкладывает в перечисленные словосочетания свой смысл.

Представляется, что термин «энергетический суверенитет» применим в первую очередь к странам-экспортерам нефти и природного газа, многие из которых были вынуждены в течение длительного времени бороться за право распоряжаться своими природными ресурсами. «Энергетическая независимость» – к странам-импортерам. «Энергетическая безопасность» и «справедливая цена» – к их экономическим и политическим взаимоотношениям, а «энергетический национализм» и «энергетическое оружие» – к резким действиям в процессе этих взаимоотношений (интервенция в Ираке и Ливии, национализация в Венесуэле, блокирование попыток «Газпрома» приобрести активы в Европе и т.п.).

Методы укрепления энергетического суверенитета или энергетической независимости в различных странах и ситуациях тоже могут быть различны и даже противоположны – от национализации до приватизации.

Государственную энергетическую политику Украины можно определить как многовекторную, однако грань между этой разнонаправленностью и отсутствием государственной энергетической стратегии как таковой весьма условна. В сфере ТЭК отражаются усилия украинской власти по поиску универсального средства разрешения энергетических проблем страны, сталкиваются интересы группировок монополистов и чиновничьих кланов.
Периодически та или иная инициатива властей объявляется ключом к достижению энергетической независимости и поражением ОАО «Газпром». Это и вступление в Энергетическое сообщество (западный вектор) или переговоры с Азербайджаном и Туркменистаном (восточный вектор), упование на поставки сжиженного газа из Кувейта или развитие добычи сланцевого газа, а также возобновляемых источников энергии.

На осуществление всех этих проектов необходимо много времени и средств, а результат может быть неоднозначным.

Главное совпадение интересов стран производителей и потребителей нефти и природного газа заключается в поддержании стабильного роста мировой экономики в целом.

Понятие энергетической безопасности родилось, прежде всего, как понятие национальной энергетической безопасности для стран-потребителей нефти в процессе кризисных потрясений в сфере энергетики в первой половине 1970-х. Энергетическая стратегия Российской Федерации на период до 2020 г. определяет энергетическую безопасность страны как «состояние защищенности отдельных граждан, общества, экономики и государства от угроз надежному топливо- и энергообеспечению». Международное энергетическое агентство определяет энергетическую безопасность как «доступ к достаточной надежной и доступной (по цене) энергии». Тем не менее, такой подход обеспечивает интересы только стран-потребителей энергоресурсов. Всемирный банк предлагает выделение пяти групп государств с общими интересами в сфере энергетической безопасности в зависимости от уровня экономического развития, наличия в стране энергетических ресурсов и потенциального воздействия на глобальный спрос на энергоресурсы. Это:

• промышленно развитые страны-нетто импортеры энергоносителей;
• страны-экспортеры углеводородов;
• крупнейшие развивающиеся экономики с быстро растущим спросом на энергию;
• страны-нетто импортеры со средним уровнем доходов;
• страны-нетто импортеры энергоносителей с низким уровнем доходов.
• Однако и «групповой» подход к проблемам энергетической безопасности представляется ограниченным.

Имеется множество аспектов энергетической безопасности, и, несмотря на многочисленные дискуссии и исследования в этой области, единого ее определения, удовлетворяющего всех участников мирового сообщества, не существует.

Подробнее материал читайте в журнале «Терминал» №32 (670) от 12 августа  2013 г.

Минэкономики Молдовы выступит с инициативой проведения комплексных разведок залежей природного газа в республике.

«Мы намерены объявить международный конкурс для отбора компании, которая будет вести геолого-разведывательные изыскания. Цель поисковых мероприятий: выявить точное количество запасов природного газа в Молдове и проанализировать, насколько целесообразно, с экономической точки зрения, заниматься его промышленной добычей», — подчеркнул Валерий Лазэр министр экономики Молдовы, передает ИА InfoTag.

По его словам, к концу 2013 г. можно будет более точно говорить о запасах газа в недрах Молдовы. Сообщает. Также Лазэр напомнил, что на юге Молдовы газом внутренней добычи обеспечивается два села.

Отметим, что бывший премьер-министр Республики Молдова Влад Филат ранее дал понять, что Молдавия постарается снизить зависимость от «Газпрома». По его словам, строительство магистрального газопровода Унгены — Яссы позволит Молдове подключиться к газовой системе Румынии.

Предполагается, что строительство разделится на две части: Молдова построит участок, который проходит по молдавской территории, а Румыния займется своим участком.