Украинские чиновники пытаются внедрить энергосберегающие механизмы в украинскую экономику пока безрезультатно

Еще 4 февраля 2008 г.в №5 (383) журнала «Терминал: нефтяное обозрение» мы предлагали ряд шагов, которые срочно необходимо предпринять, чтобы внедрить политику энергосбережения. При этом отмечалось, с чего надо начать и что именно делать в ближайшей перспективе. Так, было сказано, что «…прежде, чем что-то делать, нужно выяснить, где мы сейчас находимся, на каком этапе развития и определиться с проблематикой».

Автор: Владимир МАМАЛЫГА к. т. н., исполнительный директор Всеукраинской общественной организации «Высший совет энергоаудиторов и энергоменеджеров Украины» mamalyga@ukr.net

Для этого необходимо провести энергоаудиты основных отраслей национального хозяйства. Целесообразным было бы проведение энергоаудитов крупнейших предприятий. Первоочередное внимание при этом следует обращать на разработку организационных энергосберегающих мероприятий, которые являются практически беззатратными. Параллельно с этим «…из-за нехватки у государства и предприятий средств следует внедрить систему энергоменеджмента на всех уровнях – от предприятий до органов исполнительной власти в центре и регионах». Завершающим тезисом наших предложений было введение прозрачного, не- коррупционного «экономического механизма энергосбережения», который не предусматривает дополнительных бюджетных расходов и не сокращает поступлений в бюджет. Проекты соответствующих законодательных актов по такому механизму мы предложили, но они оказались невостребованными. С тех пор несколько раз изменилась властная команда, но до сих пор, по-сути, не изменилось практически ничего (за исключением разве что иностранных грантов, с помощью которых иностранцы пытаются сделать отдельные шаги в контексте упомянутого выше). Ниже представлена попытка анализа перспективности направлений реформирования экономики на основе энергоэффективности и энергосбережения, то есть предложены определенные механизмы оценки и раз- работки программ энергосбережения на государственном, региональном и отраслевом уровнях, а также для отдельных предприятий.

Нынешняя ситуация

Сегодня разработано множество региональных и отраслевых программ энергосбережения. Разработаны такие программы, планы и стратегии и на государственном уровне. К сожалению, вряд ли будет преувеличением утверждать, что количество не переросло в качество, не говоря уже о конкретных результатах. Проанализируем причины такой ситуации.

Во-первых, программы энергосбережения в Украине не базируются на результатах энергоаудита. Имеются проблемы и на разных уровнях (от государства до предприятия):

◆ на государственном уровне (Комплексная государственная программа энергосбережения, Энергетическая стратегия – не учитывают многовариантный прогноз развития экономики);

◆ на отраслевом уровне (программу обычно составляют простым объединением в одном документе программ энергетического сбережения предприятий, которые могут быть противоречивыми и не- полными, поскольку большинство предприятий являются частными);

◆ на региональном уровне (программу обычно составляют простым объединением в одном документе программ энергетического сбережения предприятий региона; недостатки так называемых «муниципальных энергетических планов» подтверждает опыт города Киева, для которого предложены меры со средним периодом окупаемости более семи лет);

◆ программы энергосбережения предприятий не предполагают введение систем энергоменеджмента, не предусматривают разработки организационных, то есть практически беззатратных мероприятий, не предполагают проведение анализа удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и т.д.

Во-вторых, большой проблемой всех программ по энергосбережению является недостаточное финансирование:

◆ все программы на государственном уровне предусматривали в основном бюджетное финансирование, а поэтому вследствие недостатка бюджетных средств не были выполнены;

◆ о привлечении частных инвестиций только говорилось вслух, но не были достаточно проработаны вопросы по их привлечению;

◆ отсутствует «экономический механизм энергосбережения», который включал бы в себя стимулирование реализации проектов в этой сфере.

В-третьих, существуют кадровые проблемы на всех уровнях (от предприятий до органов государственного и отраслевого управления в центре и регионах).

Еще одна проблема связана с уровнем образования в сфере энергоэффективности и энергосбережения. Так, иногда к преподаванию привлекают людей, не имеющих практического опыта в сфере энергосбережения, а в первую очередь – в проведении энергоаудитов и создании служб энергоменеджмента; тренинги фирм – производителей энергоэффективного оборудования являются маркетинговым инструментом, поскольку сфокусированы на продукцию конкретной фирмы и так далее.

Практически отсутствуют специалисты, имеющие практический опыт внедрения служб энергоменеджмента на предприятиях, не говоря уже о холдинговых компаниях. С этим во многом связаны проблемы не- достаточной эффективности ряда программ по внедрению международного стандарта ISO 50001 в нашей стране. Не всегда опыт Запада является приемлемым для Украины, поскольку внедрение энергоэффективного оборудования в Украине не всегда экономически целесообразно.

Недостаточной является действующая ныне нормативно-правовая база, а отечественные законодательные акты – это акты «непрямого действия», которые могут быть питательной средой для коррупции.

Низкое качество проведения энергетического аудита не позволяет проанализировать реальную ситуацию, так как в ходе проведения энергоаудитов зачастую:

◆ не осуществляют анализ удельного энергетического потребления в зависимости от объемов производства и/ или температуры окружаю- щей среды;

◆ не составляют и не проводят анализ энергобаланса, а энергобаланс Украины как государства и вовсе отсутствует;

◆ не разрабатывают организационные, то есть практически беззатратные мероприятия;

◆ период окупаемости предлагаемых мероприятий обычно не должен превышать одного-двух лет, а на практике – в два-три раза больше.

Сегодня еще большей необходимостью является обоснованный выбор типа энергоносителя, особенно для систем отопления (газ: природный, доменный, коксовый, биогаз (свалки, биополя отстойников водоканалов и т.п.); электроэнергия с тепло- и без теплоаккумулирования: электродные котлы, установки гидродинамического нагрева воды, тепловые насосы (вода, земля, воздух); уголь; биотопливо: древесина, солома, пеллеты; нефтепродукты; гелиосистемы и т.д.).

При разработке бизнес-планов инвестиционных проектов, так же как и программ энергосбережения, обычно не учитывают риски, связанные с инвестированием в энергетику и энергосбережение:

◆ наличие или отсутствие государственных (правительственных) гарантий;

◆ возможность невозврата или несвоевременного погашения кредита;

◆ влияние субъективных факторов, в первую очередь – пренебрежение аксиомой «кадры решают все»;

◆ возможные изменения налогообложения, таможенных платежей и сборов; проблемы со стандартизацией и сертификацией оборудования, особенно импортного;

◆ отсутствие социальных гарантий и необходимости создания новых рабочих мест;

◆ возможные изменения стоимости оборудования и пуско-наладочных работ;

◆ возможные изменения стоимости сырья и топливно- энергетических ресурсов;

◆ возможно недостаточное использование оборудования (работа оборудования в течение меньшего времени или не на проектную мощность) и несоблюдение технологических карт;

◆ чрезвычайно вероятны в последнее время изменения валютных курсов (девальвация гривни) и др.

Не меньше проблем и в методах контроля над эффективным использованием энергетических ресурсов. При этом чаще всего используют значение удельного энергопотребления, без учета объемов производства и/или температуры окружающей среды (для термических производств и предприятий теплоснабжения). Более того, во время традиционных проверок не учитывается уровень современности технологий для различных предприятий отрасли.

Чем в первую очередь следует заниматься?

Как это ни прискорбно это констатировать, но Украина до сих пор не имеет энергетического баланса, отсутствуют так- же региональные и отраслевые (за отдельными исключениями) энергетические балансы. Версий для объяснения подобной ситуации может быть несколько. Например, противодействие финансово-промышленных групп, причастных к газовым и угольным схемам, к деятельности металлургического лобби и новейших сельскохозяйственных олигархов, к деятельности нефтетрейдеров и производителей нефтепродуктов и т.д. Но функционирование таких схем вряд ли когда-нибудь будет доказано юридически, а виновные, к сожалению, не будут наказаны с учетом тех огромных средств, которые благодаря упомянутым схемам были получены. Ведь кто бы что ни говорил, эпоха первоначального накопления ка- питала в Украине завершилась, а попытки кардинального его перераспределения были одной из важнейших причин краха «семейного» бизнеса и последней смены власти. Поэтому, если речь идет об энергетическом балансе или даже о его динамике по годам, можно оперировать только информацией, полученной наиболее квалифицированными сотрудниками некоторых отраслей. Более подробная информация может быть получена только менеджментом частных холдинговых компаний, которые по своим размерам могут претендовать на роль отраслевых объединений. В качестве примера можно привести динамику энергобаланса (расхода топлива и электро энергии) одной из отраслей экономики за период 2000-2009 гг. На рис. 1 приведены расходы в тоннах условно- го топлива (т у. т.), а на рис. 2 – в гривнях (цены по состоянию на 1 – 2 квартал 2010 г).

Анализ зависимостей, приведенных на рис. 1 и 2, свидетельствует об ошибочности подходов к анализу энергобаланса на базе информации в тоннах условного топлива (тоннах нефтяного эквивалента, кВт•ч., Гкал и т.д.), поскольку затраты энергоресурсов в денежном эквиваленте могут принципиально отличаться от расходов в т у. т. Действительно, вполне понят- но, что одна тонна условного топлива для угля намного дешевле, чем для электроэнергии.

Еще в 2009 г. было показано (см. работу [В.М. Мамалыга, А.Л. Шпак. Энергосбережение и энергоэффективность: макро- и микроэкономические аспекты / Уголь Украины. – №11 (635). – 2009 г.- С. 14-17]), что как на микро-, так и на макроуровне необходим анализ удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и/или температуры окружающей среды (для предприятий теплоснабжения и для термических производств). К сожалению, за пять лет не изменилось практически ничего – анализ удельного энергопотребления осуществляют по-прежнему, сравнивая фактическое значение за конкретный год с его величиной за предыдущий отчетный период. Ошибочность такого подхода будет продемонстрирована далее.

Проблемой почти всех отраслевых (за редким исключением) и контролирующих органов является отсутствие информации об удельном энергопотреблении и связанных с ним объемов производства (температуры окружающей среды – для термических производств и систем теплоснабжения). Это имело место из-за «невостребованности» такой информации органами государственной статистики и профильными министерствами. Лишь иногда, когда объемы производства увеличивались, чиновники могли утверждать, что благодаря их «успешному» менеджменту удалось уменьшить удельное энергопотребление. Но причиной такого «успеха» были законы экономики, когда с увеличением объемов производства удельные показатели обычно уменьшаются. Исключением является лишь объекты трубопроводного транспорта (водопроводы, газо- и нефтепроводы, продуктопроводы и т.п.) из-за физической природы таких объектов. Именно поэтому информация об удельном энергопотреблении для таких предприятий зачастую вообще не анализировалась. В качестве примера рассмотрим ситуацию с производством чугуна за период 2003 – 2013 гг.

На рис. 3 приведен график зависимости удельного потребления электроэнергии (кВт•ч./т) на производство чугуна (чугун переработанный и зеркальный в чушках или формах первичных других) в зависимости от объемов производства (тыс. т) за период 2003 – 2013 г.г. Расчеты при этом было выполнены с помощью компьютерной программы Specifi c Energy Consumption, использование которой регламентировано ДСТУ 4110-2002 «Энергосбережение. Методика анализа и расчета удельных рас- ходов энергоресурсов».

За период 2003 – 2013 гг. худ- шими годами по удельному потреблению электроэнергии на производство чугуна были 2012 и 2013 г. Следует отметить, что тенденция ухудшения началась еще в 2011-м, когда показатель был практически на верхней границе доверительного интервала. Объяснить такую ситуацию только уменьшением объемов производства на протяжении последних лет сложно, поскольку за этот период в 2009 г., когда объемы производства были наименьшими, удельное энергопотребление было намного лучше. Более того, практически такие же значения объемов производства в 2003 г. и не намного больше в 2004-м дали значение удельного энергопотребления меньшее, чем нижняя граница доверительного интервала. Таким образом, ситуация на протяжении нескольких последних лет имела устойчивую тенденцию к ухудшению, что требует соответствующих управленческих и кадровых решений на уровне государства и крупнейших предприятий отрасли.

Если пользоваться традиционным подходом, когда без учета объемов производства сравнивают значения удельного энергопотребления за последний и предыдущий годы, худшими должны быть признаны 2004, 2005, 2007 – 2010 гг., а так- же 2012 и 2013 гг. Зато лучше ситуация была в 2006-м и 2011 г.

Такой подход подтверждается только для 2012 и 2013 гг., а 2009-й, который должен был бы быть признан «проверяющими» плохим, оказался одним из лучших, когда с учетом объемов производства фактическое значение было меньше нижней границы доверительного интервала. Более того, отметим, что яко- бы удовлетворительные значения в 2011 г. были практически на верхней границе доверительного интервала.

Таким образом, большие или меньшие значения объемов производства не всегда однозначно соотносятся с соответственно меньшими или большими уровнями удельного энергопотребления. То есть увеличение объемов производства далеко не всегда приводит к уменьшению удельного энергопотребления. Вместе с тем, основной подход, который чаще всего используется контролирующими органами, заключается в еще более примитивном сравнении значений удельного энергопотребления за соответствующие периоды. Получается, что методы, используемые контролирующими органами для оценки эффективности производства, не являются обоснованными. В то же время, ситуация с использованием энергоресурсов на макроэкономическом уровне является индикатором общегосударственной (отраслевой, региональной) ситуации в сфере энергоэффективности и энергосбережения. Так, по этому показателю можно оценивать, например, работу правительств и (с годовой задержкой) Верховной Рады. При наличии информации о ситуации с использованием энергоресурсов соответствующего региона появляется возможность оценки результатов работы региональных властей.

Таким образом, традиционный подход к оценке эффективности использования электроэнергии является ошибочным как на государственном, отраслевом и региональном уровне (макроуровень), а также и для отдельных предприятий (микроуровень).

Как следует планировать деятельность в сфере энергоэффективности и энергосбережения, то есть на основании чего можно разрабатывать программу энергосбережения на государственном, отраслевом и региональном уровне, а также для отдельных предприятий?

В самом начале необходимо принять законодательные акты «прямого действия»:

◆ об экономическом стимулировании энергосбережения («экономический механизм энергосбережения»), которое предусматривает экономическое стимулирование реализации проектов в сфере энергосбережения прозрачными, некоррупционными методами, а на основе налоговой отчетности предприятий;

◆ об энергетическом аудите;

◆ об ESCO- проектах, и т.д.

На макроуровне (государство, регион, отрасль) необходимо:

◆ получить от экономистов наиболее вероятные варианты развития экономики (отрасли, региона);

◆ провести в стране энергетический аудит, который бы предусматривал:

◆ получение и анализ первичной информации об энергопотреблении и объемах производства в сопоставимых ценах за последние 10-15 лет;

◆ разработку и анализ энергетических балансов;

◆ анализ удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и/ или температуры окружающей среды;

◆ выбор типа энергоресурсов (многовариантная задача с учетом прогноза цен, наличия и возможной диверсификации источников, фактора России (непредсказуемость и угрозы на любом уровне), и тому подобное;

◆ разработку типовых мероприятий с периодом окупаемости до одного-двух лет (для объектов электрогенерации, а также добычи газа и угля – до трех-четырех лет) с учетом стоимости капитала, который можно привлечь для реализации конкретного проекта (в диапазоне от 5 до 25% в год).

На микроуровне добавляется еще разработка беззатратных организационных мероприятий, которые могут быть реализованы за счет наведения организационной и технологической дисциплины.

После энергоаудита, а лучше – одновременно с энергоаудитом (know how компании «Электромеханика») внедряется система энергоменеджмента (создается служба энергоменеджмента). Это позволит обеспечить эффективное управление и действенный контроль над реализацией политики энергосбережения на всех уровнях – от предприятия до органов исполнительной власти в центре и в регионах.

Поскольку нечего реанимировать, лучше с самого начала сделать так, как следует. Программы должны быть реальными, то есть такими, которые можно при наличии политической воли реализовать. Экспертное сообщество готово помочь. Обращайтесь, политики, если хотите получить результат!

Статья в журнале «Терминал» №48 (738) 1 декабря 2014

Украина медлит с имплементацией директивы ЕС об энергетической эффективности

Украина стремится в Европейский Союз. И нам придется имплементировать Директиву Европейского парламента и Совета ЕС 2012/27/ЕС от 25 октября 2012 г. «Об энергетической эффективности». Однако работы в этом направлении в настоящее время практически не ведутся. Более того – легко подменяются имитацией.

Автор: Владимир МАМАЛЫГА к. т. н., исполнительный директор Всеукраинской общественной организации «Высший совет энергоаудиторов и энергоменеджеров Украины» mamalyga@ukr.net

Пункт 25 статьи 2 Директивы 2012/27/ЕС определяет энергетический аудит как систематизированную (часто, в том числе в российских стандартах, ошибочно используют термин «систематическую») процедуру с целью получения адекватной информации (сведений, знаний):

◆ о существующем характере (профиле) потребления энергии зданием или группой зданий;

◆ промышленной или коммерческой эксплуатации или установках;

◆ не только частных, но и пу бличных услугах для выявления и количе ственной оценки возможностей экономически обоснованной (эффективной) экономии энер горесурсов (энергии), а также с целью отчета о полученных ре зультатах (выводах).

Обратите внимание: речь идет об экономически обоснованной (эффективной), экономически приемлемой экономии. Например, период окупаемости мероприятий, предлагаемых по итогам энергоаудита, не должен превышать одного-двух лет (общепринятая на Западе практика). Это значение составляет три-четыре года только для объектов генерации.

Отдельно допустимый период окупаемости определяется для строительства. Но следует правильно считать. Если, к примеру, период окупаемости тепло изолирования ограждающих конструкций зданий составляет десять и более лет, то может показаться, что термомодернизация зданий экономически не выгодна. Но если рассматривать проблему в комплексе, учитывая стоимость реконструкции тепловых сетей, модернизацию котельных, а также уменьшение на 30…40% мощности (а значит, стоимости) котельной и предварительно изолированных труб после термомодернизации, легко выйти на 4…5 лет и меньше. Но ведь нужно уметь считать!

При реализации одного из проектов технической помощи нашей стране проводили энергоаудит предприятия в Николаевской области. Там было разработано мероприятий на сумму, превышающую затраты энергии за год! Получалось, что если их реализовать, то предприятие из потребителя энергоресурсов превращалось в их производителя (вопреки закону со хранения энергии)! Самое удивительное, что участник этого «энергоаудита» преподает его студентам одного из ведущих вузов страны.

В связи с этим следует сказать несколько слов о «потенциале энергосбережения». В Украине при подготовке программ энергосбережения, стратегий, «національних доповідей» сбрасывают в кучу всю возможную экономию, которая может быть получена после реализации неизвестно как рассчитанных энергосберегающих мероприятий. При этом ожидаемая экономия не соотносится с затратами на ее реализацию, то есть не оговаривается период окупаемости или внутренняя норма рентабельности (IRR). Поэтому в дальнейшем следовало бы иметь в виду лишь экономически эффективный потенциал энергосбережения.

Содержание работ по энергоаудиту и отчета о его результатах

Пункт 1 статьи 8 Директивы 2012/27/ЕС предусматривает наличие четких и недискриминационных минимальных критериев для энергетического аудита и систем энергоменеджмента, а в статье 7 сказано, что предлагаемые решения должны базироваться на основе анализа реальной ситуации с учетом объемов производства. Применительно к энергоаудиту это означает, что необходим анализ удельных энергозатрат в зависимости от объемов производства или градусо-дней, то есть климатических особенностей (см. п. (b) приложения V Директивы). Более того, в отчете должна содержаться подробная информация об энергопотреблении объекта энергоаудита (см. п. (b) приложения VI Директивы).

Идет речь именно о подробной информации, то есть не только данных об энергопотреблении за последние два-три года, как обычно делается в рамках программ западной технической помощи, но информации об удельном энергопотреблении, как того требует ДСТУ 40652001. Причем информацию следует получать и анализировать за возможно больший период времени (по меньшей мере, за 6…10 лет).

Таким образом, отчет по результатам энергоаудита, помимо общих сведений о предприятии, аннотации и необходимых приложений, должен содержать такие разделы:

◆ анализ первичной информации об энергопотреблении, удельных энергозатратах и объемах производства;

◆ построение и анализ энергобалансов по каждому типу энергоресурсов в натуральной форме и денежном эквиваленте, а также для основных цехов и технологических установок;

◆ анализ удельных затрат энергоресурсов в зависимости от объемов производства (если речь идет об объектах тепло коммунэнерго или термоустановках, – градусо-дней), а так же с учетом потребления энергоресурсов в рабочие, выходные (праздничные) дни, в ночное время и днем, в холодное и теплое время года;

◆ разработка энергосберегающих мероприятий. Приоритет при этом должен отдаваться беззатратным (организационным) и быстроокупаемым энерго- и ресурсосберегающим мероприятиям (кстати, об их разработке не упоминает ни один из зарубежных стандартов и образовательных курсов, этого требует только ДСТУ 40652001);

◆ расширенное заключение с рекомендациями по очередности реализации всех предложенных мероприятий.

Украине необходим качественный энергоаудит

В пунктах 7, 24 и 25 статьи 2 Директивы 2012/27/ЕС приведены определения ключевых понятий для регулирования энергоаудита. В пункте 1(е) статьи 18 сказано, что государство должно стимулировать рынок энергетических услуг, что должно быть отражено в Национальном плане действий по энергетической эффективности. В статье 6 указано, что обязательным являются государственные закупки продукции, услуг и зданий только с высокими показателя ми энергетической эффективности. Таким образом, государство должно располагать критериями оценки и инструмента ми контроля качества работ по энергоаудиту.

Законами Украины №327VIII и 328VIII установлены правовые основы реализации энергосервиса (проектов по стратегии энергосервисных компаний – ESCO). Установление в них максимального срока ESCOкон трактов на уровне десяти лет дает возможность внедрять «долгоиграющие» проекты по термомодернизации ограждающих конструкций, которые становятся в таком случае экономически привлекательными. К сожалению, указанные законы не являются актами прямого действия. Условия ESCO-контрактов (Примерный энергосервисный договор) должны быть разработаны Минрегионстроем и утверждены на заседании Кабмина (без согласования с Верховной Радой). Никто не говорит, что этот документ обязательно будет плохим, но поскольку законом он являться не будет, то при любой смене власти может быть легко изменен.

Теперь о спорных моментах. Даже если опустить вопрос установления «базовой линии», не урегулированный даже стандартами ISO, сомнительными являются технико-экономические показатели каждого конкретного проекта. При обсуждении проекта закона об энергоаудите было высказано мнение, что если в результате некачественно го энергоаудита будет заключен ESCO-контракт с показателями, не соответствующими действительности, ничего страшного не случится. Считается, что компания, допустившая такую ошибку, заслужит негативную репутацию, что затруднит ее бизнес. Но все не так просто. Ведь по условиям ESCO-контракта экономия и выплаты, в том числе налоговые, «размазаны» на весь период реализации проекта, и ошибочный (или заведомо подложный) энергоаудит сделает невозможной экономию от энергосервисных услуг и соответствующие бюджетные поступления. И выиграет от этого (здесь и сейчас) недобросовестная энергосервисная компания, репутационные потери которой могут и не наступить, и, возможно, продавцы энергоэффективного оборудования. А потеряют – получатель энергосервисных услуг, бюджет и, в конечном итоге, граждане Украины.

Регулирование в сфере энергоаудита

До недавнего времени в Украине существовала аттестация на право проведения энергоаудитов, но сегодня она отменена. (Хочу обратить внимание потенциальных критиков, что автор не работал с Центральной группой энергоаудита и не мог повлиять на принятие решений; более того, как руководитель энергоаудиторской фирмы, имел немало проблем с продлением срока действия ее свидетельства.) Какие же ныне существуют варианты решений?

Вариант 1. Система саморегулируемых организаций (СРО). Основная идея – переложить контрольные и надзорные функции за деятельностью субъектов в определенной сфере с государства на участников рынка. При этом с государства снимаются избыточные функции и в результате сокращаются бюджетные расходы, а фокус надзора смещается с деятельности на ее итог. Эти вопросы нашли свое практическое воплощение в РФ (закон от 01.12.2007 №315Ф3). В соответствии с ним СРО должны объединять не менее 25 субъектов предпринимательской или не менее 100 – профессиональной деятельности, которые располагают стандартами и правилами, обязательными для выполнения всеми их членами, собственным (не арендованным) измерительным оборудованием и т. п.

На первый взгляд, такая система вполне приемлема. В разные годы свидетельство Госэнергоэффективности (ранее – Госкомэнергосбережения и НАЭР) имели более 200 компаний. В Украине приняты основополагающие стандарты: ДСТУ 40652001 «Энергосбережение. Энергетический аудит. Общие технические требования»; ДСТУ 41102002 «Энергосбережение. Методика анализа и расчета удельных затрат энергоресурсов»; CОУ СЖК 74.30 35077234.011:2008 «Энергосбережение. Служба энергоменеджмента предприятий жилищно-коммунального хозяйства. Общие технические требования»; СОУ 74.1-20077720 024:2006 «Энергосбережение. Энергетический аудит предприятий нефтегазового комплекса. Основные положения» и т. д.

Однако требование о наличии собственного оборудования «отсекает» от энергоаудита большое количество специалистов высокой квалификации. Более того, необходимость использования оборудования конкретных производителей несет прямую коррупционную составляющую. К тому же, в РФ энергоаудит является обязательным и периодическим для всех субъектов хозяйствования, потребляющих определенное количество энергоресурсов, и энергоаудиторские фирмы обеспечены заказами. Результатом энергоаудита является энергопаспорт, содержащий всю необходимую государству (в том числе в фискальных целях) информацию о предприятии. Однако с точки зрения бизнеса, такой документ раскрывает коммерческую тайну. Более того, в нем отсутствует анализ удельных энергозатрат в зависимости от объемов производства и/или температуры окружающей среды, и раздел о разработке организационных, то есть почти беззатратных мероприятий.

В России СРО существуют практически в каждом регионе, а их соучредителями и главными акционерами являются местные властные органы. То есть ни о какой «независимости» речь не идет. Более того, возникает конфликт интересов, когда результаты энергоаудита вступают в противоречие с интересами конкретных юридических и физических лиц, аффилированных с власть предержащими. И еще одно «но». Сколько СРО необходимо Украине? Достаточно ли одного? Но кто и как им будет руководить? Возникает еще одна возможность для коррупции. Если же СРО будет несколько, то кто будет определять их количество и отвечать за результаты их работы, особенно когда речь пойдет о предоставлении льгот – например, по энергосервисным контрактам. В общем, создание системы СРО в нашей стране вряд ли будет целесообразно.

Вариант 2. Аттестация энергоаудиторов в образовательных учреждениях. Такой под ход является полной противоположностью системы СРО. В этом случае отпадает необходимость государственной аттестации энергоаудиторов, проверки ранее выполненных работ, нет необходимости в оборудовании, соблюдении стандартов, в том числе – этических и т. д. Такой подход решает толь ко финансовые проблемы вузов, которые обеспечиваются постоянным притоком клиентов. К тому же, нигде не прописано обязательное участие в сертификационной комиссии представителей властных органов и опытных энергоаудиторов. Да и качество обучения иногда хромает (см. описанный выше пример).

Вариант 3. Аттестация энергоаудиторов отечественными профессиональными организациями. Такой подход может при вести к последствиям, описанным при анализе первого варианта. И автор знает, о чем говорит, поскольку сам является исполнительным директором одной из таких организаций.

Вариант 4. Аттестация энергоаудиторов международными профессиональными организациями. В самом начале своей профессиональной деятельности автору посчастливилось принять участие в нескольких программах западной технической помощи нашей стране. Могу утверждать, что самыми эффективными из грантовых программ являются образовательные. Если они бесплатные для слушателей, их нужно лишь приветствовать. Если экзамены и аттестацию проводят иностранцы – это тоже стоит приветствовать. Такой подход был бы приемлем, если бы к участию в про граммах привлекали всех желающих. Но это не так. Кто-то бесплатно получает сертификат, а кто-то не может его получить в принципе. И представим себе, что будет после окончания зарубежного финансирования. Или за обучение нужно будет платить по западным расценкам, или его будут проводить отечественные специалисты, и будет иметь место второй из сценариев. Если же после окончания зарубежного финансирования будет создана новая, или модернизирована существующая профессиональная организация, – будем иметь ситуацию, описанную для СРО (вариант 1).

Вариант 5. Возврат к старой системе аттестации энергоаудиторов с устранением ее очевидных недостатков. Анализ показывает, что это – наименьшее зло. Достаточно прекратить требовать от энергоаудиторских фирм передачи отчетов о выполненных энергоаудитах, реорганизовать работу группы экспертов ЦГЭА, ввести жесткий контроль качества образовательных программ в вузах, а также обеспечить присутствие энергоаудиторов-практиков на экзаменах (защите аттестационных работ). Причем лучше, если это будет именно защита выпускных работ, нацеленных на решение конкретной задачи. Так работают в науке, так должны работать и энергоаудиторы. Ибо энергоаудит – не ремесло, а творческая профессия!

В заключение хотелось бы пригласить к обсуждению проблем энергоаудита в Украине все заинтересованные стороны. Разработанные международным сообществом рекомендации написаны с учетом огромного опыта. Конечно, не все и не сразу может быть применено в Украине (Директива 2012/27/ЕС этого и не требует). Так давайте искать оптимальные для страны и экономики решения! Ведь дорогу осилит только идущий.

Миненергоугля планирует ввести паспорта энергоэффективности регионов. Они помогут оценивать работу самого министерства, а также местных органов власти в сфере энергоэффективности.

Об этом, 17 января 2014 года, заявил министр энергетики и угольной промышленности Украины Эдуард Ставицкий во время поездки в Днепропетровск.

«Энергобезопасность нашей страны – это дорога с двухсторонним движением. С одной стороны мы должны наращивать добычу полезных ископаемых, которые напрямую влияют на энергобезопасность государства – это уголь и природный газ и другие. С другой стороны – это вопросы энергосбережения и энергоэффективности», — говорит Э. Ставицкий.

Он также отметил, что в настоящее время создана рабочая группа, которая проведет мониторинг потребления энергоресурсов в разрезе каждой области.

Как считает исполнительный директор Всеукраинской общественной организации «Высший совет энергоаудиторов и энергоменеджеров Украины» Владимир Мамалыга, идея создания паспорта энергоэффективности очень хорошая, но она требует проведения некоторых дополнительных мероприятий, таких, например, как энергоаудит территории.

Эксперт считает, что в данном случае, вопрос стоит только в практической реализации данного проекта, тем более, «делать это нужно с умом». При этом на первое место выходит вопрос наличия подготовленных кадров. Поэтому, привлекать для реализации этого проекта компетентных специалистов, имеющих практические наработки.

Более того, В. Мамалыга отметил, что и сам ранее предлагал осуществить подобные мероприятия, а именно, разработать новую форму энергопаспорта предприятия, разработать ряд государственных стандартов Украины об энергоаудите территории, об энергоаулите отрасли, об энергоаудите всего национального хозяйства Украины и т.д. При этом следует учитывать, что готовность таких стандартов достигает 80-90%.