Енергоспоживання в Україні на сьогодні становить 200 кВт на один квадратний метр, тоді як в європейських країнах цей показник на рівні — 50, 60, 80.

Про це повідомив віце-прем’єр-міністр — міністр регіонального розвитку, будівництва та ЖКГ України Геннадій Зубко, пише прес-служба міністерства.

«Сьогодні енергоспоживання в Україні — 200 кВт на один квадратний метр, тоді як в європейських країнах цей показник на рівні — 50, 60, 80. Біля 18 млрд кубів газу щорічно споживає житловий сектор! Тож, ми розробили маршрутну карту щодо монетизації субсидій, яка передбачала два етапи. У минулому році ми перейшли на монетизацію на рівні підприємств-постачальників послуг. На цей рік було заплановано монетизацію на рівні домогосподарств, яка зараз стартувала», — зазначив він.

Говорячи про причини цього, Зубко зазначив, що важливим для уряду є те, щоб споживач сам управляв своїми коштами, і управляв своєю енергоефективністю. «Ніхто не буде заперечувати, що субсидія, яка являла собою віртуальні клірингові розрахунки — на практиці була гальмом енергоефективності. Адже люди, які її отримували, не були зацікавлені у впровадженні енергоефективності і відповідно економії», — зазначив віце-прем’єр.

Урядовець підкреслив, що наразі Україна переходить на систему, коли субсидіант буде чітко розуміти, що він отримує субсидії за соціальними нормативами споживання.

«Людина, яка споживає менше газу і відповідно сплачує менше, може ці кошти інвестувати в енергоефективність і надалі економити ще більше власних коштів. Тож, на мою думку, монетизація субсидій, це стимул і мотивація людей до впровадження енергоефективності», — відзначив Зубко.

Як зазначається, на сьогодні практично 4 млн домогосподарств потребують допомоги від держави. З них 69,9% — це люди пенсійного віку.

«Термінал» писав, 6 лютого Президент Петро Порошенко заявив про завдання за найближчі 5 років забезпечити енергетичну незалежність України і відмовитися від імпортного газу.

Украина должна развивать энергетическую независимость и обходиться без импортного газа.

Об этом сообщил Президент Украины Петр Порошенко во время совещания по введению монетизации субсидий, передает корреспондент УНН.

«Если в контракте 2009 года предполагалось, что Украина должна брать 52 млрд кубов импортного газа… в 2017 году Украина импортировала 14 млрд кубов, а в 2018 — 10,5 млрд кубов. Ставим задачу в ближайшие 5 лет обеспечить энергетическую независимость государства. Украина должна обходиться без импортного газа», — отметил Порошенко.

По его словам, это должно происходить за счет наращивания собственной добычи за счет энергосбережения и энергетической независимости.

«Терминал» писал, Украина импортировала газ по европейскому направлению в июле в среднем по цене 309,1 долл., а в июне — 267,4 долл. за 1 тыс. кубометров.

На островах Силли, самой южной точке Великобритании, в 45 км от графства Корнуолл, создают микросеть, которая будет работать на возобновляемых источниках энергии и аккумуляторах.

Об этом пишут «ЭлектроВести».

Микросеть объединит солнечную генерацию, накопительные аккумуляторы, систему «умного» отопления и подключаемые к сети электромобили в единую, автономную энергосистему. Ее общая стоимость оценивается в 10,8 млн фунтов стерлингов. Реализует проект компания Hitachi Europe.

На сегодня на крышах домов местных жителей уже установлено 270 кВт солнечных панелей.

В рамках «автономизации» энергоснабжения архипелага, будет установлено еще 100 солнечных станций на крышах общей мощностью 450 кВт, две наземные солнечные станции мощностью по 50 кВт, около 290 систем «умного» энергопотребления в домах и аккумуляторные системы емкостью 43,8 кВт-ч.

На прошлой неделе на островах Силли был установлен первый набор аккумуляторных батарей.

Целью проекта является сокращение затрат жителей и организаций на электроснабжение на 40%, доля ВИЭ в энергоснабжении островов на уровне 40%, и доля электромобилей в общем количестве транспорта – также 40% к 2025 году. На острове проживает 2200 человек, и небытовые потребители – это административные здания, пожарная часть, установка по переработке отходов и опреснительная станция.

«Терминал» писал, постепенное прекращение продаж новых автомобилей с бензиновыми и дизельными двигателями в Великобритании может привести к сокращению импорта нефти в ближайшие два десятилетия вдвое.

Мы получили советскую систему теплоснабжения, с которой до настоящего времени не знаем, что делать. А входить с таким наследием в рыночные отношения невозможно — изменились бытовые условия и законодательство. 

Об этом пишет в «Зеркало недели» И. Колотило.

Системы централизованного теплоснабжения формировались в то время, когда была распространена так называемая гигантомания. Она присутствовала во многих отраслях, в том числе и в коммунальной теплоэнергетике. Раздутые штаты, малоэффективная система управления, не свойственные таким предприятиям функции, отсутствие конкуренции и стимулов к экономии. По сути, это стопроцентная монополия, которая продолжает существовать и сегодня.

Считалось, что концентрация всех участков в единой системе, под единым управлением — эффективна и рациональна, а диктат системы — естественен: все произведенное тепло вы обязаны солидарно оплатить по установленной цене, независимо от того, надо ли вам столько тепла.

Диктат системы и рост тарифов сработали против нее. Потребители стали реально сокращать расходы, утеплять помещения, устанавливать счетчики тепла и воды, использовать электробойлеры для подогрева воды. Из-за относительно теплых зим уменьшилось потребление теплоэнергии, сократился отопительный сезон. Все это привело к снижению потребления тепла и, соответственно, к уменьшению дохода теплопроизводителей при неизменных затратах и потерях тепловой энергии. При этом после каждого повышения тарифов, как правило, увеличивается задолженность потребителей за отпущенное тепло. А возможностей для манипулирования стало значительно меньше.

Простыми методами изменить ситуацию в коммунальной теплоэнергетике невозможно. Повышение или снижение тарифов ситуацию не изменит. Нужны радикальные меры.

Достичь максимальной эффективности системы централизованного теплоснабжения можно только при смене приоритетов. Диктат монопольной системы должен быть заменен диктатом потребителей: мы купим тепла столько, сколько нам необходимо, и по цене, определенной на конкурентной основе, а вы, теплоэнергетики, будете заботиться о своей прибыли, минимизируя потери, повышая КПД элементов системы и теплосистемы в целом.

Сократить затраты в теплоэнергетике — первый и важный шаг

Эффективность тепловых сетей в значительной степени определяется затратами и объемами отпущенной тепловой энергии. Летний режим тепловых сетей, длящийся 6–7 месяцев в году, за которые выработка и потребление тепла составляют не более 15–20% от общегодового потребления, неэффективный и дотационный.

По сути, теплосеть является предприятием с сезонной работой. Исходя из этого, первое, что нужно сделать в коммунальной теплоэнергетике, — это сократить затраты.

Для этого необходимо:

• разделить производство, транспортировку и поставку тепловой энергии. В странах Европы с централизованным теплоснабжением существует преимущественно структурная модель с разделением («анбандлинг») источников выработки тепла, тепловой сети, потребителя (это же пытаются внедрить в электро- и газовой отраслях Украины);
• вывести из состава теплогенерирующего предприятия теплосбыт;
• установить границы раздела на уровне теплосчетчика на вводе в теплосистему дома. При установке теплосчетчика получаем уже двух субъектов с противоположными интересами — продавца и покупателя. Потребитель сам должен определиться, сколько тепла ему нужно, изменяя температурный график работы внутридомовой системы отопления или расход теплоносителя. Отвечать за выполнение такого графика и, соответственно, за это платить. Для этого необходимо передать обслуживание внутридомовых систем на конкурсной основе специализированным эксплуатационным организациям (не путать с управляющими компаниями, как правило, бывшими ЖЭКами);
• за тепловыми сетями следует оставить их основную функцию — передача тепловой энергии от источника (котельные, ТЭЦ) до потребителя. Критерием оценки их работы должны стать удельные показатели — потери тепловой энергии в сетях, потребление электроэнергии и холодной воды, общие затраты по отношению к расходу тепла у потребителя. Снижение этих показателей должно стать основным стимулом работы предприятия;
• не только закрепить режим работы тепловой сети согласно техническим параметрам, но и установить за нарушение режима экономическую и административную ответственность. Появится взаимоконтроль: потребитель—тепловая сеть—источник тепловой энергии;
• котельные, ТЭЦ, входящие в состав теплосетей, выставить на продажу;
• отказаться от тех работ, которые могут выполнять подрядные организации, в частности от монтажа и капитального ремонта котлов и котельного оборудования, насосных станций, замены и строительства теплотрасс, проектных и пуско-наладочных работ. Подразделения, выполняющие такие работы, необходимо выделить из состава тепловых сетей и выставить на аукцион. На базе этих предприятий восстановить строительно-монтажные, пусконаладочные централизованные организации по аналогии с существовавшими в советский период. Может наступить такое время, когда у коммунальных предприятий начнут появляться деньги, а выполнять работы будет некому;
• при определенных условиях, допускаю, и тепловые сети можно выставить на продажу или передать в концессию, выработав конкретные правила передачи.

Во всем мире бизнес по оказанию услуг считается выгодным, и недостатка в инвесторах не существует.

На вырученные от проведенных аукционов деньги и при государственной поддержке необходимо создать фонд восстановления и развития системы теплоснабжения, который бы под невысокие проценты (5–7% годовых) кредитовал долгосрочные работы по ремонту и реконструкции тепловых сетей, котельных, ТЭЦ, а также ремонт и реконструкцию домовых систем теплоснабжения. Это то, чего сегодня катастрофически не хватает.

Что делать с тарифами?

Все, кроме потребителей, заинтересованы в повышении тарифов. Тарифы для потребителей состоят из тарифов на производство тепла, его транспортировку, затрат на обслуживание внутридомовых систем, а также на учет и контроль. Чтобы прекратить спекуляции на теме тарифов, необходимо установить обоснованные базовые тарифы для потребителя и, соответственно, на выработку тепла, его транспортировку, а также затраты на обслуживание внутридомовых систем для каждого субъекта системы теплоснабжения на срок не менее 3–5 лет. Базовые тарифы должны автоматически изменяться только на величину изменения цены энергоносителей (газа, электроэнергии, воды) и средней (минимальной) зарплаты.

Сегодня, к сожалению, коммунальные предприятия ищут выход из сложившейся ситуации в повышении тарифов и разовых дотациях из местных бюджетов.

Если субъект системы теплоснабжения будет знать, что тарифы в течение определенного времени изменяться не будут, то у него появится стимул к экономии, внедрению энергосберегающих технологий.

Источник тепла (котельная, ТЭЦ) как самостоятельный субъект для получения своей прибыли будет стремиться повышать КПД котлов, экономить электроэнергию. Требовать от тепловых сетей возврата обратного теплоносителя в соответствии с договорными обязательствами и оплаты тепловыми сетями за увеличенную подпитку.

Тепловые сети за период неизменной цены на транспортировку тепла для получения дополнительной прибыли будут стремиться к экономии, требовать от потребителя снижения температуры обратного теплоносителя.

Эксплуатирующие внутридомовые системы организации в лице потребителя будут стремиться снижать потребление тепла, а значит, уменьшать оплату за тепло за этот период. Изолировать трубопроводы, своевременно устранять утечки, выполнять гидравлическую наладку системы и т.д. Требовать от теплосети поддержания параметров теплоносителя в соответствии с договорными обязательствами.

Учет потребления тепла и контроль — функции теплосбыта

Единственный источник дополнительных доходов для коммунального предприятия — это энергосбережение. Энергосбережение должно стать основным источником средств, необходимых для развития и модернизации коммунального предприятия. Если хотите, это звено в цепи накопившихся проблем, которое может вытянуть все проблемы. В этом направлении у субъектов коммунальной теплоэнергетики есть большие резервы. Начинать необходимо с тех работ, которые быстро окупаются (не более двух лет).

На сегодняшний день наибольшие потери тепла в системе теплоснабжения у потребителя. Изношенные трубы, нарушенная изоляция трубопроводов, никто не занимается гидравлической наладкой и промывкой системы дома, а этому необходимо уделять большое внимание. Поэтому обслуживание инженерных систем дома следует передать частным эксплуатационным компаниям на конкурсной основе, выработав для этого условия и критерии отбора.

Придут ли инвестиции в коммунальные предприятия?

Придут, когда инвестор будет уверен в их возврате. И тут возникает встречный вопрос: будет ли предприятие брать деньги у кредитора под 25–30% годовых на долгосрочные проекты, такие, как замена сетей, где окупаемость вложенных средств более десяти лет? Безусловно, нет. Об этом все знают и выжидают, что кто-то решит эту проблему.

***

От советского наследия необходимо отказываться, переходить на рыночные отношения, и чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее Украина будет в Европе. Это подтверждает опыт Балтийских стран, Польши, Румынии и других, уже ставших членами Европейского Союза.

Необходимо разработать стратегию реформирования и развития коммунальной теплоэнергетики Украины на ближайшие годы, которая должна пройти публичное обсуждение и получить экспертную оценку.

Нужно учесть не чьи-то личные интересы, а интересы страны. Еще раз повторю: цена вопроса для Украины — не миллионы, а миллиарды гривен.

Союз немецкой промышленности (BDI), одна из самых авторитетных организаций страны, представляющая практически весь германский промышленный сектор, опубликовал «программный» доклад «Климатические пути для Германии».

Как передают Электровести, исследование было проведено консалтинговыми компаниями The Boston Consulting Group (BCG) и Prognos по заказу BDI. Над докладом работали 200 экспертов из BCG, Prognos, BDI и 70 промышленных предприятий и объединений.

К 2050 году выбросы парниковых газов в Германии должны быть сокращены на 80-95% по сравнению с уровнем 1990 года. Такой целевой интервал, соответствующий общеевропейским целям, установлен немецким правительством.

В связи с этим задачами авторов исследования являлись 1) всесторонний анализ возможных последствий данных изменений на немецкую промышленность и экономику в целом, 2) обозначение экономически эффективных (для немецкого народного хозяйства) путей достижения климатических целей.

Исторически Союз немецкой промышленности довольно прохладно и даже, в какой-то мере, оппозиционно относился к проходящей в ФРГ энергетической трансформации (Energiewende).

Публикация доклада и его выводы демонстрирует, что индустрия относится к современной энергетической и климатической политике как к данности, немецкая промышленность пытается найти и сформулировать наиболее оптимальные пути адаптации к изменению экологического (климатического) регулирования, и даже может получить выгоды и конкурентные преимущества в результате реализации мер по защите климата.

В исследовании рассматриваются три сценария развития в зависимости от уровня сокращения выбросов к 2050 году.

«Референтный» сценарий.

Продолжение нынешней политики, то есть выполнение действующих законов в сочетании с имеющимися технологиями и их предполагаемыми будущими усовершенствованиями обеспечит к 2050 году снижение выбросов парниковых газов на 61%, посчитали авторы. То есть установленные климатические цели достигнуты не будут — разрыв составит от 19% до 34% (в зависимости от границы установленного интервала — 80% или 95%). Снижение выбросов на 61% рассматривается в докладе как «Referenzpfad» — «референтный», базовый путь (сценарий).

В секторе недвижимости текущая политика в области энергетической санации (реновации) зданий приведёт к 2050 году к снижению выбросов примерно на 70% по сравнению с 1990 годом.

В энергетическом секторе действующие меры по развитию возобновляемых источников энергии и снижение доли угольной генерации приведут к 2050 году к сокращению выбросов более чем 70% по сравнению с 1990 г.

В промышленности снижение выбросов в связи с реализацией мер по энергосбережению и повышению энергоэффективности частично будет компенсироваться ростом выбросов, связанным с экономическим ростом (в докладе прогнозируется среднегодовой темп роста экономики в 1,2% до 2050 г). В результате снижение выбросов в промышленном секторе составит 48% от уровня 1990 г.

В транспортном секторе повышение эффективности двигателей и распространение электромобилей вследствие нынешней политики приведёт к 2050 году к снижению выбросов на 40% от уровня 1990 г, несмотря на рост грузоперевозок.

Соответствующие мероприятия во всех указанных секторах потребуют инвестиций в размере 530 млрд евро (или 240 млрд евро за вычетом экономии) до 2050 года. Это включает в себя в том числе дальнейшее развитие возобновляемых источников энергии и сетей в электроэнергетике, неэкономические меры по достижению целевых показателей в транспортном секторе и ряд отдельных неэкономических мер по реконструкции зданий.

Сценарий 80% сокращения выбросов.

В докладе отмечается, что сокращение выбросов парниковых газов к 2050 году на 80% возможно, как с технической, так и с экономической точек зрения. В то же время это потребует гораздо больших усилий по сравнению с текущей политикой. Кроме того, если на глобальном уровне политика в области защиты климата не будет проводиться солидарно, потребуются специальные меры по освобождению немецких энергоемких производств от дополнительных «климатических обязательств» (в противном случае эти производства будут переноситься в юрисдикции с более мягким климатическим регулированием).

В данном сценарии предусматривается существенное увеличение числа легковых электромобилей (до 26 млн), а также тепловых насосов для отопления зданий (до 14 млн единиц).

При этом в результате интенсивных энергосберегающих мероприятий потребление электроэнергии к 2050 году вырастет всего на 3%.

В электроэнергетике среднегодовой ввод мощностей ВИЭ должен быть увеличен на 1 ГВт — до 4,7 ГВт в год (что, с учетом накопленного опыта развития, не является сложной задачей). В данном случае к 2050 году возобновляемые источники энергии будут производить почти 90% электричества, угольная генерация сократится практически до нуля, а газовые электростанции будут выполнять роль маневренного резерва.

Для сглаживания волатильной генерации на основе ВИЭ потребуются не только накопители энергии, но интеграция в энергосистему вышеназванных электромобилей и тепловых насосов.

Производимая внутри страны биомасса должна в приоритетном порядке использоваться в промышленном секторе для замены угля и газа при производстве низко- и среднетемпературного тепла.

С точки зрения народного хозяйства в целом данная трансформация возможна и оправдана. Она потребует дополнительных инвестиций в размере 15 млрд евро в год (с учетом экономии, связанной с сокращением потребления топлива) и добавит 0,4-0,9% к ВВП страны.

В то же время процесс трансформации требует разумного государственного управления и может создать «значительные вызовы для отдельных отраслей».

Сценарий 95% сокращения выбросов.

Возможно ли сокращение выбросов парниковых газов к 2050 году на 95%? В докладе говорится, что данный вариант находится на пределе видимых сегодня технических возможностей и общественного одобрения. Он подразумевает фактически нулевой уровень выбросов для большей части немецкой экономики. Почти полный отказ от ископаемого сырья создаст необходимость импортировать возобновляемое топливо, потребует внедрения непопулярных сегодня технологий хранения и улавливания углерода (CCS) и даже сокращения выбросов в животноводстве.

Этот сценарий может быть реализован только в том случае, если другие страны будут также проводить соответствующие мероприятия, считают авторы.

В секторе недвижимости потребуется реновация 80% зданий по нынешним стандартам энергоэффективности, а также полный отказ от использования ископаемого сырья для целей отопления (и горячего водоснабжения) с заменой такового тепловыми насосами и системами центрального отопления, работающими на возобновляемом топливе.

На транспорте будут необходимы ещё большая электрификация легкового и малого грузового транспорта, а также устройство контактных линий на основных автобанах – для электрификации грузоперевозок. Количество легковых электромобилей должно вырасти до 33 млн штук. Кроме того, потребуется большее распространение энергоэффективного общественного транспорта (железные дороги, автобусы, речные суда). Для полного отказа от ископаемого сырья на транспорте потребуется использование возобновляемого жидкого топлива (Power-to-Liquid/Gas) в авиации, грузовых автоперевозках и пр.

Для этого станет необходимым масштабный импорт возобновляемого топлива из регионов с более благоприятными для развития ВИЭ условиями. В то же время к 2050 году энергетический импорт в целом сократится на 80% по сравнению с 1990 годом (в натуральном выражении).

В электроэнергетике также, разумеется, необходимо предполагается полный отказ от углеводородов. Маневренные мощности в данном случае будут работать на синтетическом газе (технология Power-to-Gas), для хранения которого будут задействована газовая инфраструктура.

При этом полная электрификация всех секторов экономики, исходя из сегодняшних представлений, представляется нереалистичной. Она не только выйдет слишком дорогой, но и потребует двукратного увеличения потребления электроэнергии, что выходит за рамки странового потенциала генерации на основе ВИЭ.

Объем дополнительных инвестиций (с учетом экономии) в данном сценарии оценивается в 960 млрд евро (примерно 30 млрд евро в год).

В целом, сценарий 95% оценивается BDI как не слишком реалистичный, поскольку требует радикальных перемен и создает серьезные вызовы для всех секторов экономики Германии.

Описав климатические сценарии, посмотрим подробнее на ряд моментов.

В таблице ниже приведена структура электроэнергетики Германии на 2050 год в зависимости от сценария.

Как мы видим, в каждом из случаев предполагается значительное увеличение мощностей газовой генерации, которые, впрочем, будут функционировать в режиме резерва, обеспечивающего системную надежность (нынешняя установленная мощность газовых электростанций в Германии составляет примерно 25 ГВт).

Интересный для нас вопрос: как будет изменяться потребление энергоносителей в Германии? Это показано на следующей картинке, где изображен нынешний и перспективный энергетический баланс ФРГ для разных сценариев:

Потребление ископаемого сырья будет снижаться в каждом из сценариев. Так, потребление природного газа к 2030 году в рамках референтного сценария снизится (относительно незначительно) с нынешних 2949 ПДж до 2785 ПДж, а к 2050 году – до 2219 ПДж. В других сценариях, разумеется, предусматривается более существенное и быстрое снижение потребления углеводородов.

Снижение поставок в ФРГ газа из Голландии (и, может быть, Норвегии) создает предпосылки для поддержания экспорта Газпрома на нынешнем уровне. Вопрос только в том, по какому сценарию пойдет развитие.

Здесь следует обратить внимание на энергетические технологии, которые, как пишет BDI, могут изменить «правила игры» («Game-Changers»), и которые должны исследоваться и разрабатываться в приоритетном порядке. Важно отметить, эти технологии не принимались во внимание при разработке климатических сценариев, и их внедрение может внести значительные коррективы в нынешние прогнозы.

Во-первых, дальнейшее развитие и снижение стоимости технологий фотоэлектрической генерации и, особенно, электрохимических накопителей энергии сможет обеспечить более широкую доступность дешевой электроэнергии и позволит расширить возможности электрификации транспорта (например, грузовые автомобили).

Во-вторых, более эффективное производство и хранение водорода, а также более эффективные процессы преобразования электроэнергии в жидкое или газообразное топливо (Generation-to-X) могут создать дополнительные технологические альтернативы во многих секторах и, следовательно, заменить углеводороды в долгосрочной перспективе.

В-третьих, в промышленном секторе более эффективные с точки зрения затрат процессы улавливания и использования углерода (CCU) позволили бы использовать замкнутые углеродные циклы.

Наконец, возможно появятся новые технологии улавливания и хранения углерода, которые смогут заменить нынешние неустойчивые технологии CCS.

Технологическая перестройка, направленная на защиту климата, создает дополнительные возможности расширения деятельности немецких промышленных предприятий, говорится в Докладе.

Усилия в области климатической политики потребуют обширной модернизации всех секторов экономики Германии и могут создать для немецких экспортеров дополнительные возможности развития на рынках «продуктов для защиты климата». Существуют прогнозы, что к 2030 году объем мирового рынка важнейших климатических технологий вырастет до 1-2 трлн евро в год. Немецкие компании могут укрепить свои технологические позиции на этом растущем глобальном рынке, считают авторы.

Германия может стать ведущим поставщиком инновационных, ресурсосберегающих эффективных технологий, а также для цифровых решений и ноу-хау.

Во многих сегментах «климатического рынка» борьба за мировое лидерство только началась, поэтому немецкие компании могут расширить свой бизнес за счет этого нового мирового технологического рынка.

Разумеется, существенные технологические и регуляторные перемены всегда связаны с рисками. В данном случает отмечается, что немецкие компании, работающие в условиях международной конкуренции, сталкиваются с наибольшими потенциальными рисками. «Немецкая промышленность организована в форме цепочек создания стоимости. Необходима эффективная защита от разрыва этих цепочек. По крайней мере, до тех пор, пока не будут достигнуты разумные, глобально сопоставимые рамочные условия», — предупреждает президент BDI Дитер Кемпф. В противном случае создание стоимости, рабочие места и выбросы будут просто экспортироваться — и климату не помогут.

Дело в том, что немецкие выбросы парниковых газов составляют всего 2% мировых. Даже если Германия сократит свои выбросы до нуля, то без соответствующих международных усилий, это не сильно поможет климату, но повредит конкурентоспособности немецкой промышленности.

Лишь сопоставимо амбициозная климатическая политика на международном уровне, по крайней мере, в крупнейших экономиках (G20) значительно снизит эти риски, а также откроет более широкие экспортные возможности для немецких компаний.

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) предоставит €6 млн кредит коммунальному предприятию «Кременчугская муниципальная энергосервисная компания» для энергосберегающих проектов в 38 детских садиках, 23 школах и пяти больницах.

Как сообщил агентству «Интерфакс-Украина» старший советник ЕБРР Антон Усов, такое решение совет директоров принял 14 декабря в рамках одновременно одобренной рамочной программы Ukraine Public Sector Energy Efficiency Framework (PSEEF), передает Энергореформа.

Согласно документам на сайте банка, общий размер этой программы – €100 млн.

«Однако каждый проект в ее рамках будет отдельно выноситься на совет директоров для утверждения», – пояснил А. Усов.

Предполагается, что полученные средства муниципальные компании будут направлять на финансирование энергосберегающих улучшений в общественных зданиях и инфраструктуре уличного освещения.

Технико-экономическое обоснование (ТЭО), охватывающее техническую, экологическую и социальную экспертизу муниципальных компаний энергоменеджмента и городов на этапе до подписания проектов, оцениваемое в среднем в €0,2 млн на год, предоставит правительство Швеции. Оно также дополнительно выделит €1,25 млн технической помощи на этапе после подписания проектов.

Проект в Кременчуге, как предполагается, позволит сократить затраты энергии до 50%, снизить ежегодное ее потребление примерно на 20 тыс. МВт-час, а также выбросы углекислого газа в атмосферу на 5,3 тыс. тонн.

Кредит ЕБРР для «Кременчугской муниципальной энергосервисной компании» будет поддержан льготным кредитом на €1,5 млн от Clean Technology Fund (CTF) и грантом на €1,5 млн от EBRD Shareholder Special Fund (SSF). В свою очередь, Кременчуг предоставит гарантии по этим кредитам. Дополнительную техническую помощь в €0,5 млн предоставит SIDA-EBRD Ukraine Energy Efficiency and Environment Cooperation Fund (SWUK).

Ранее Терминал сообщал, ЕБРР может выделить €100 млн на муниципальные проекты энергосбережения в Украине.

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) может учредить Ukraine Public Sector Energy Efficiency Framework (PSEEF) на общую сумму €100 млн для предоставления кредитов муниципальным компаниям по энергоменеджменту под местные гарантии.

Об этом сообщает Энергореформа со ссылкой на сообщение банка.

Как сообщается, совет его директоров планирует рассмотреть соответствующий проект 13 декабря этого года.

Предполагается, что полученные средства муниципальные компании будут направлять на финансирование энергосберегающих улучшений в общественных зданиях и инфраструктуре уличного освещения.

Общая стоимость проекта, согласно документу, составляет €125 млн.

Технико-экономическое обоснование (ТЭО), охватывающее техническую, экологическую и социальную экспертизу муниципальных компаний энергоменеджмента и городов на этапе до подписания проектов, оцениваемое в среднем в €0,2 млн на год, предоставит правительство Швеции. Оно также дополнительно выделит €1,25 млн технической помощи на этапе после подписания проектов.

ЕБРР указывает, что первый подобный PSEEF-проект планируется реализовать в Кременчуге. Он также вынесен на заседание совета директоров 13 декабря. Предполагается, что банк выделит €6 млн кредит коммунальному предприятию «Кременчугская муниципальная энергосервисная компания» для энергосберегающих проектов в 38 детских садиках, 23 школах и пяти больницах. Ожидается, что это позволит сократить до 50% затрат энергии, снизить ежегодное ее потребление примерно на 20 тыс. МВт-час, а также выбросы углекислого газа в атмосферу на 5,3 тыс. тонн.

Этот кредит будет поддержан льготным кредитом на €1,5 млн от Clean Technology Fund (CTF) и грантом на €1,5 млн от EBRD Shareholder Special Fund (SSF). В свою очередь, Кременчуг предоставит гарантии по этим кредитам. Дополнительную техническую помощь в €0,5 млн предоставит SIDA-EBRD Ukraine Energy Efficiency and Environment Cooperation Fund (SWUK).

Ранее Терминал сообщал, для ЭСКО-компаний открывается огромный рынок утепления бюджетных учреждений объемом €8 млрд.

Председатель Госэнергоэффективности призвал ОСМД и ЖСК проводить комплексную термомодернизации домов.

Об этом во время Второго муниципального форума «Энергоэффективная столица» в Киеве сказал председатель Госэнергоэффективности Сергей Савчук, передает Правительственный портал.

«Мы убедились в успешности программы. Благодаря «теплым кредитам» каждое домохозяйство, каждое ОСМД имеет возможность утеплить свои жилища, уменьшить энергопотребление и как минимум вдвое меньше платить за коммунальные услуги », — отметил председатель Агентства.

Очень активными участниками программы стали ОСМД. Так, в 2017 году более 600 ОСМД привлекли 133 млн грн «теплых кредитов», что вдвое больше, чем в 2016 году. Всего с начала действия программы ею воспользовались более 1200 ОСМД и ЖСК на сумму 210 млн гривен.

«Особая благодарность тем городским головам, которые в свое время поддержали Агентство подписали с нами меморандум и обязались софинансировать« теплые кредиты ». Так, например, Госэнергоэффективности компенсирует ОСМД от 40% до 70% суммы кредита, а Киев — еще 30%. Фактически весь «теплый кредит» киевским ОСМД помогает сплотить государство. В результате жильцы получают меньше коммунальные платежи и утепленные квартиры », — добавил Сергей Савчук.

Председатель Госэнергоэффективности призвал присутствующих на форуме представителей ОСМД и ЖСК заботиться о своем жилье и проводить комплексную термомодернизации домов.

Ранее Терминал сообщал, почти €400 млн инвестировано в новые тепловые мощности ВИЭ за 3 года.

Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) предоставит производителю куриного мяса «Днепровская агропромышленная группа» кредит в размере $5 млн.

Как передает Интерфакс-Украина, об этом сообщил на своей странице в соцсети Facebook старший советник банка Антон Усов.

По его словам, средства будут предоставлены на строительство бойлера на биомассе, который позволит повысить операционные и экологические показатели компании.

Паровой бойлер на биомассе мощностью 12 т/час даст возможность сократить потребление воды на 60%, природного газа – в пять раз. После введения в эксплуатацию бойлер обеспечит сокращение выбросов CO2 на 9,300 тыс. тонн в год.

Кредит будет сопровождаться стимулирующим грантом в размере $850 тыс., который будет предоставлен в рамках программы ЕБРР «Центр финансирования и передачи технологий смягчения климатических изменений» (ФИНТЕК), созданной с целью передачи технологий в сфере смягчения климатических изменений и адаптации к ним.

Как ранее писал «Терминал», энергоэффективность для Украины — это самый доступный энергетический ресурс

Украинские чиновники пытаются внедрить энергосберегающие механизмы в украинскую экономику пока безрезультатно

Еще 4 февраля 2008 г.в №5 (383) журнала «Терминал: нефтяное обозрение» мы предлагали ряд шагов, которые срочно необходимо предпринять, чтобы внедрить политику энергосбережения. При этом отмечалось, с чего надо начать и что именно делать в ближайшей перспективе. Так, было сказано, что «…прежде, чем что-то делать, нужно выяснить, где мы сейчас находимся, на каком этапе развития и определиться с проблематикой».

Автор: Владимир МАМАЛЫГА к. т. н., исполнительный директор Всеукраинской общественной организации «Высший совет энергоаудиторов и энергоменеджеров Украины» mamalyga@ukr.net

Для этого необходимо провести энергоаудиты основных отраслей национального хозяйства. Целесообразным было бы проведение энергоаудитов крупнейших предприятий. Первоочередное внимание при этом следует обращать на разработку организационных энергосберегающих мероприятий, которые являются практически беззатратными. Параллельно с этим «…из-за нехватки у государства и предприятий средств следует внедрить систему энергоменеджмента на всех уровнях – от предприятий до органов исполнительной власти в центре и регионах». Завершающим тезисом наших предложений было введение прозрачного, не- коррупционного «экономического механизма энергосбережения», который не предусматривает дополнительных бюджетных расходов и не сокращает поступлений в бюджет. Проекты соответствующих законодательных актов по такому механизму мы предложили, но они оказались невостребованными. С тех пор несколько раз изменилась властная команда, но до сих пор, по-сути, не изменилось практически ничего (за исключением разве что иностранных грантов, с помощью которых иностранцы пытаются сделать отдельные шаги в контексте упомянутого выше). Ниже представлена попытка анализа перспективности направлений реформирования экономики на основе энергоэффективности и энергосбережения, то есть предложены определенные механизмы оценки и раз- работки программ энергосбережения на государственном, региональном и отраслевом уровнях, а также для отдельных предприятий.

Нынешняя ситуация

Сегодня разработано множество региональных и отраслевых программ энергосбережения. Разработаны такие программы, планы и стратегии и на государственном уровне. К сожалению, вряд ли будет преувеличением утверждать, что количество не переросло в качество, не говоря уже о конкретных результатах. Проанализируем причины такой ситуации.

Во-первых, программы энергосбережения в Украине не базируются на результатах энергоаудита. Имеются проблемы и на разных уровнях (от государства до предприятия):

◆ на государственном уровне (Комплексная государственная программа энергосбережения, Энергетическая стратегия – не учитывают многовариантный прогноз развития экономики);

◆ на отраслевом уровне (программу обычно составляют простым объединением в одном документе программ энергетического сбережения предприятий, которые могут быть противоречивыми и не- полными, поскольку большинство предприятий являются частными);

◆ на региональном уровне (программу обычно составляют простым объединением в одном документе программ энергетического сбережения предприятий региона; недостатки так называемых «муниципальных энергетических планов» подтверждает опыт города Киева, для которого предложены меры со средним периодом окупаемости более семи лет);

◆ программы энергосбережения предприятий не предполагают введение систем энергоменеджмента, не предусматривают разработки организационных, то есть практически беззатратных мероприятий, не предполагают проведение анализа удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и т.д.

Во-вторых, большой проблемой всех программ по энергосбережению является недостаточное финансирование:

◆ все программы на государственном уровне предусматривали в основном бюджетное финансирование, а поэтому вследствие недостатка бюджетных средств не были выполнены;

◆ о привлечении частных инвестиций только говорилось вслух, но не были достаточно проработаны вопросы по их привлечению;

◆ отсутствует «экономический механизм энергосбережения», который включал бы в себя стимулирование реализации проектов в этой сфере.

В-третьих, существуют кадровые проблемы на всех уровнях (от предприятий до органов государственного и отраслевого управления в центре и регионах).

Еще одна проблема связана с уровнем образования в сфере энергоэффективности и энергосбережения. Так, иногда к преподаванию привлекают людей, не имеющих практического опыта в сфере энергосбережения, а в первую очередь – в проведении энергоаудитов и создании служб энергоменеджмента; тренинги фирм – производителей энергоэффективного оборудования являются маркетинговым инструментом, поскольку сфокусированы на продукцию конкретной фирмы и так далее.

Практически отсутствуют специалисты, имеющие практический опыт внедрения служб энергоменеджмента на предприятиях, не говоря уже о холдинговых компаниях. С этим во многом связаны проблемы не- достаточной эффективности ряда программ по внедрению международного стандарта ISO 50001 в нашей стране. Не всегда опыт Запада является приемлемым для Украины, поскольку внедрение энергоэффективного оборудования в Украине не всегда экономически целесообразно.

Недостаточной является действующая ныне нормативно-правовая база, а отечественные законодательные акты – это акты «непрямого действия», которые могут быть питательной средой для коррупции.

Низкое качество проведения энергетического аудита не позволяет проанализировать реальную ситуацию, так как в ходе проведения энергоаудитов зачастую:

◆ не осуществляют анализ удельного энергетического потребления в зависимости от объемов производства и/ или температуры окружаю- щей среды;

◆ не составляют и не проводят анализ энергобаланса, а энергобаланс Украины как государства и вовсе отсутствует;

◆ не разрабатывают организационные, то есть практически беззатратные мероприятия;

◆ период окупаемости предлагаемых мероприятий обычно не должен превышать одного-двух лет, а на практике – в два-три раза больше.

Сегодня еще большей необходимостью является обоснованный выбор типа энергоносителя, особенно для систем отопления (газ: природный, доменный, коксовый, биогаз (свалки, биополя отстойников водоканалов и т.п.); электроэнергия с тепло- и без теплоаккумулирования: электродные котлы, установки гидродинамического нагрева воды, тепловые насосы (вода, земля, воздух); уголь; биотопливо: древесина, солома, пеллеты; нефтепродукты; гелиосистемы и т.д.).

При разработке бизнес-планов инвестиционных проектов, так же как и программ энергосбережения, обычно не учитывают риски, связанные с инвестированием в энергетику и энергосбережение:

◆ наличие или отсутствие государственных (правительственных) гарантий;

◆ возможность невозврата или несвоевременного погашения кредита;

◆ влияние субъективных факторов, в первую очередь – пренебрежение аксиомой «кадры решают все»;

◆ возможные изменения налогообложения, таможенных платежей и сборов; проблемы со стандартизацией и сертификацией оборудования, особенно импортного;

◆ отсутствие социальных гарантий и необходимости создания новых рабочих мест;

◆ возможные изменения стоимости оборудования и пуско-наладочных работ;

◆ возможные изменения стоимости сырья и топливно- энергетических ресурсов;

◆ возможно недостаточное использование оборудования (работа оборудования в течение меньшего времени или не на проектную мощность) и несоблюдение технологических карт;

◆ чрезвычайно вероятны в последнее время изменения валютных курсов (девальвация гривни) и др.

Не меньше проблем и в методах контроля над эффективным использованием энергетических ресурсов. При этом чаще всего используют значение удельного энергопотребления, без учета объемов производства и/или температуры окружающей среды (для термических производств и предприятий теплоснабжения). Более того, во время традиционных проверок не учитывается уровень современности технологий для различных предприятий отрасли.

Чем в первую очередь следует заниматься?

Как это ни прискорбно это констатировать, но Украина до сих пор не имеет энергетического баланса, отсутствуют так- же региональные и отраслевые (за отдельными исключениями) энергетические балансы. Версий для объяснения подобной ситуации может быть несколько. Например, противодействие финансово-промышленных групп, причастных к газовым и угольным схемам, к деятельности металлургического лобби и новейших сельскохозяйственных олигархов, к деятельности нефтетрейдеров и производителей нефтепродуктов и т.д. Но функционирование таких схем вряд ли когда-нибудь будет доказано юридически, а виновные, к сожалению, не будут наказаны с учетом тех огромных средств, которые благодаря упомянутым схемам были получены. Ведь кто бы что ни говорил, эпоха первоначального накопления ка- питала в Украине завершилась, а попытки кардинального его перераспределения были одной из важнейших причин краха «семейного» бизнеса и последней смены власти. Поэтому, если речь идет об энергетическом балансе или даже о его динамике по годам, можно оперировать только информацией, полученной наиболее квалифицированными сотрудниками некоторых отраслей. Более подробная информация может быть получена только менеджментом частных холдинговых компаний, которые по своим размерам могут претендовать на роль отраслевых объединений. В качестве примера можно привести динамику энергобаланса (расхода топлива и электро энергии) одной из отраслей экономики за период 2000-2009 гг. На рис. 1 приведены расходы в тоннах условно- го топлива (т у. т.), а на рис. 2 – в гривнях (цены по состоянию на 1 – 2 квартал 2010 г).

Анализ зависимостей, приведенных на рис. 1 и 2, свидетельствует об ошибочности подходов к анализу энергобаланса на базе информации в тоннах условного топлива (тоннах нефтяного эквивалента, кВт•ч., Гкал и т.д.), поскольку затраты энергоресурсов в денежном эквиваленте могут принципиально отличаться от расходов в т у. т. Действительно, вполне понят- но, что одна тонна условного топлива для угля намного дешевле, чем для электроэнергии.

Еще в 2009 г. было показано (см. работу [В.М. Мамалыга, А.Л. Шпак. Энергосбережение и энергоэффективность: макро- и микроэкономические аспекты / Уголь Украины. – №11 (635). – 2009 г.- С. 14-17]), что как на микро-, так и на макроуровне необходим анализ удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и/или температуры окружающей среды (для предприятий теплоснабжения и для термических производств). К сожалению, за пять лет не изменилось практически ничего – анализ удельного энергопотребления осуществляют по-прежнему, сравнивая фактическое значение за конкретный год с его величиной за предыдущий отчетный период. Ошибочность такого подхода будет продемонстрирована далее.

Проблемой почти всех отраслевых (за редким исключением) и контролирующих органов является отсутствие информации об удельном энергопотреблении и связанных с ним объемов производства (температуры окружающей среды – для термических производств и систем теплоснабжения). Это имело место из-за «невостребованности» такой информации органами государственной статистики и профильными министерствами. Лишь иногда, когда объемы производства увеличивались, чиновники могли утверждать, что благодаря их «успешному» менеджменту удалось уменьшить удельное энергопотребление. Но причиной такого «успеха» были законы экономики, когда с увеличением объемов производства удельные показатели обычно уменьшаются. Исключением является лишь объекты трубопроводного транспорта (водопроводы, газо- и нефтепроводы, продуктопроводы и т.п.) из-за физической природы таких объектов. Именно поэтому информация об удельном энергопотреблении для таких предприятий зачастую вообще не анализировалась. В качестве примера рассмотрим ситуацию с производством чугуна за период 2003 – 2013 гг.

На рис. 3 приведен график зависимости удельного потребления электроэнергии (кВт•ч./т) на производство чугуна (чугун переработанный и зеркальный в чушках или формах первичных других) в зависимости от объемов производства (тыс. т) за период 2003 – 2013 г.г. Расчеты при этом было выполнены с помощью компьютерной программы Specifi c Energy Consumption, использование которой регламентировано ДСТУ 4110-2002 «Энергосбережение. Методика анализа и расчета удельных рас- ходов энергоресурсов».

За период 2003 – 2013 гг. худ- шими годами по удельному потреблению электроэнергии на производство чугуна были 2012 и 2013 г. Следует отметить, что тенденция ухудшения началась еще в 2011-м, когда показатель был практически на верхней границе доверительного интервала. Объяснить такую ситуацию только уменьшением объемов производства на протяжении последних лет сложно, поскольку за этот период в 2009 г., когда объемы производства были наименьшими, удельное энергопотребление было намного лучше. Более того, практически такие же значения объемов производства в 2003 г. и не намного больше в 2004-м дали значение удельного энергопотребления меньшее, чем нижняя граница доверительного интервала. Таким образом, ситуация на протяжении нескольких последних лет имела устойчивую тенденцию к ухудшению, что требует соответствующих управленческих и кадровых решений на уровне государства и крупнейших предприятий отрасли.

Если пользоваться традиционным подходом, когда без учета объемов производства сравнивают значения удельного энергопотребления за последний и предыдущий годы, худшими должны быть признаны 2004, 2005, 2007 – 2010 гг., а так- же 2012 и 2013 гг. Зато лучше ситуация была в 2006-м и 2011 г.

Такой подход подтверждается только для 2012 и 2013 гг., а 2009-й, который должен был бы быть признан «проверяющими» плохим, оказался одним из лучших, когда с учетом объемов производства фактическое значение было меньше нижней границы доверительного интервала. Более того, отметим, что яко- бы удовлетворительные значения в 2011 г. были практически на верхней границе доверительного интервала.

Таким образом, большие или меньшие значения объемов производства не всегда однозначно соотносятся с соответственно меньшими или большими уровнями удельного энергопотребления. То есть увеличение объемов производства далеко не всегда приводит к уменьшению удельного энергопотребления. Вместе с тем, основной подход, который чаще всего используется контролирующими органами, заключается в еще более примитивном сравнении значений удельного энергопотребления за соответствующие периоды. Получается, что методы, используемые контролирующими органами для оценки эффективности производства, не являются обоснованными. В то же время, ситуация с использованием энергоресурсов на макроэкономическом уровне является индикатором общегосударственной (отраслевой, региональной) ситуации в сфере энергоэффективности и энергосбережения. Так, по этому показателю можно оценивать, например, работу правительств и (с годовой задержкой) Верховной Рады. При наличии информации о ситуации с использованием энергоресурсов соответствующего региона появляется возможность оценки результатов работы региональных властей.

Таким образом, традиционный подход к оценке эффективности использования электроэнергии является ошибочным как на государственном, отраслевом и региональном уровне (макроуровень), а также и для отдельных предприятий (микроуровень).

Как следует планировать деятельность в сфере энергоэффективности и энергосбережения, то есть на основании чего можно разрабатывать программу энергосбережения на государственном, отраслевом и региональном уровне, а также для отдельных предприятий?

В самом начале необходимо принять законодательные акты «прямого действия»:

◆ об экономическом стимулировании энергосбережения («экономический механизм энергосбережения»), которое предусматривает экономическое стимулирование реализации проектов в сфере энергосбережения прозрачными, некоррупционными методами, а на основе налоговой отчетности предприятий;

◆ об энергетическом аудите;

◆ об ESCO- проектах, и т.д.

На макроуровне (государство, регион, отрасль) необходимо:

◆ получить от экономистов наиболее вероятные варианты развития экономики (отрасли, региона);

◆ провести в стране энергетический аудит, который бы предусматривал:

◆ получение и анализ первичной информации об энергопотреблении и объемах производства в сопоставимых ценах за последние 10-15 лет;

◆ разработку и анализ энергетических балансов;

◆ анализ удельного энергопотребления в зависимости от объемов производства и/ или температуры окружающей среды;

◆ выбор типа энергоресурсов (многовариантная задача с учетом прогноза цен, наличия и возможной диверсификации источников, фактора России (непредсказуемость и угрозы на любом уровне), и тому подобное;

◆ разработку типовых мероприятий с периодом окупаемости до одного-двух лет (для объектов электрогенерации, а также добычи газа и угля – до трех-четырех лет) с учетом стоимости капитала, который можно привлечь для реализации конкретного проекта (в диапазоне от 5 до 25% в год).

На микроуровне добавляется еще разработка беззатратных организационных мероприятий, которые могут быть реализованы за счет наведения организационной и технологической дисциплины.

После энергоаудита, а лучше – одновременно с энергоаудитом (know how компании «Электромеханика») внедряется система энергоменеджмента (создается служба энергоменеджмента). Это позволит обеспечить эффективное управление и действенный контроль над реализацией политики энергосбережения на всех уровнях – от предприятия до органов исполнительной власти в центре и в регионах.

Поскольку нечего реанимировать, лучше с самого начала сделать так, как следует. Программы должны быть реальными, то есть такими, которые можно при наличии политической воли реализовать. Экспертное сообщество готово помочь. Обращайтесь, политики, если хотите получить результат!

Статья в журнале «Терминал» №48 (738) 1 декабря 2014