Генеральной ассамблеей Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), Андрей Конеченков, глава Правления Украинской ветроэнергетической ассоциации, избран вице-президентом Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA) в третий раз.

Об этом пишут ЭлектроВести.

Генеральная ассамблея WWEA состоялась 24 ноября 2019 года в рамках ежегодной международной конференции Всемирной ветроэнергетической  ассоциации – WWEC 2019,  проходящей в этом году в Рио-де-Жанейро, Бразилия.

Петер Эллиот Рае, председатель Альянса по возобновляемой энергетике (REN Alliance), в прошлом сенатор Австралии от Либеральной партии в штате Тасмания,  был избран Президентом WWEA на второй срок.

В новый состав Правления WWEA вошли представители Германии, Дании, Китая, Пакистана, Турции, Египта, Японии, Индии, Мали, Австралии и Украины.

Генеральный секретарь Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA) Штефан Гзангер считает, что аукционы в ветроэнергетике Германии имели негативные последствия для развития отрасли.

Об этом говорится в пресс-релизе WWEA, пишут ЭлектроВести.

Изменение законодательства имело негативные последствия для немецкой ветроэнергетики, а также для многих европейских компаний. С 2017 года в Германии сократили 35 000 человек, которые работали в секторе ветроэнергетики, обанкротился крупный производитель Senvion, все производители за последние месяцы сокращали персонал. На прошлой неделе немецкий производитель Enercon объявил о новых сокращениях, 3000 людей будут уволены. Немецкая ветроэнергетика потеряла четверть специалистов за 3 года. На сентябрь 2019 года в Германии построили 514 МВт ветропарков, падение за год составило 81%.

Подобные процессы, как подчеркивают в WWEA, наблюдаются в Индии и Турции, где переход на аукционы привел к падению рынка и потере рабочих мест. Страдают не только производители, а и поставщики оборудования и комплектующих.

Всемирная ветроэнергетическая ассоциация призывает вводить законодательные изменения продуманно и взвешено, изучая международный опыт и развитие рынков после изменения правил игры на них.

«Терминал» писал, по информации Глобального совета ветроэнергетики (Global Wind Energy Council — GWEC), до 200 ГВт новых мощностей офшорной ветроэнергетики может быть введено в эксплуатацию в мире к 2030 году. Это выдающийся рост, ведь сегодня суммарная установленная мощность морских ветровых электростанций составляет примерно 23 ГВт, подавляющее большинство которых сконцентрировано в Европе.

Галина Шмидт, руководитель международного отдела Украинской ветроэнергетической ассоциации (УВЭА)

g.shmidt@i.ua

Почему ветроэнергетический сектор в этой стране более привлекателен, чем использование ископаемого топлива.

Долгое время оставаясь «многообещающей страной», теоретически имеющей прекрасные ветроэнергетические перспективы, однако без развития ветроэнергетики на практике, Бразилия за несколько последних лет совершила огромный рывок вперед и сегодня относится к странам, демонстрирующим одни из наивысших в мире темпов роста ветроэнергетики. Достигнув к середине 2015 г. 7 000 МВт ветроэнергетических мощностей, страна вошла в «десятку сильнейших» в мировом рейтинге, поднявшись вверх сразу на три ступени.

Стремительный рост в 2014 г. – на 72% – связан с впечатляющими результатами проводимых в стране энергетических аукционов, а также растущей зрелостью всей производственной цепочки ветроэнергетического сектора Бразилии. Ветроэнергетика убедительно доказала, что может успешно конкурировать по себестоимости с гидроэнергетикой, атомной энергетикой, а также энергией, получаемой при сжигании газа или угля. Энергия, производимая при помощи ветра в Бразилии, обходится потребителю около 5 американских центов за кВт∙ч, что значительно дешевле энергии, получаемой за счет сжигания ископаемого топлива.

По данным Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), в 2014 г. Южно- Американский континент показал наилучшую динамику развития с точки зрения объема инвестиций в ветроэнергетический сектор, в первую очередь благодаря таким странам, как Бразилия, Уругвай и Чили. Сегодня ветроэнергетика является наиболее быстрорастущей энергетической отраслью Бразилии. За первые шесть месяцев 2015-го эта страна продемонстрировала наивысшие темпа роста среди всех ведущих рынков мира, увеличив с начала года свою ветроэнергетическую мощность на 14%.

Общий объем инвестиций в ветроэнергетическую отрасль Бразилии через несколько лет (к 2020 г.) может составить до $13,4 млрд.

В чем же секрет таких замечательных успехов ветроэнергетического сектора этой страны? На эти и другие вопросы «Терминала ответил доктор Эверальдо Фейтоза, вице-президент WWEA, член редакционного совета журнала «Энергия ветра», профессор Бразильского федерального университета Пернанбуко.

– Господин Фейтоза, правительство Вашей страны приняло «непопулярное» для многих стран, производящих ветроэнергетическое оборудование, решение о введении обязательного выполнения требования «местной составляющей». Как показывает опыт, за последние три года в Бразилии появилось несколько заводов, производящих современные ветротурбины по лицензии ведущих мировых производителей. В чем секрет такого успеха?

– Во-первых, я бы не употреблял слово «непопулярное» относительно Бразилии. У нас такой подход не рассматривается как непопулярный. В Бразилии отлично работает система аукционов, существует хорошо развитый большой внутренний рынок. К тому же, такой же подход был применен в свое время, например, и к автомобильной промышленности. Все автомобильные компании, работающие в Бразилии, должны производить автомобили в нашей стране. То есть все без исключения – от автомобилей класса «люкс» до маленьких «эконом»- класса. Возвращаясь к ветро­энергетике, отмечу, что развитие возобновляемой энергетики является приоритетным для правительства, и правительство занимает лидирующие позиции в Бразильском банке развития (BNDES) – банке, по величине превышающем Мировой банк, активы которого (BNDES) составляют $100 млрд. Так почему же не предложить конкретный финансовый пакет для развития возобновляемой энергетики при условии, что у нас выполняются требования «местной составляющей» и таким образом создаются новые рабочие места?

Эта политика оказалась очень успешной, потому что благодаря существующей программе по ветроэнергетике в Бразилии было создано более 15 тыс. рабочих мест. И это – только в секторе ветроэнергетики! Поэтому «секрет» Бразилии, если оперрировать такими словами, состоит в следующем: во-первых, создание рабочих мест, а во-вторых, производство энергии за счет самого дешевого энергоисточника. Есть и третий момент: вы производите и используете экологически чистую энергию. Почему же это должно быть непопулярным? Это очень хорошо для страны и для населения, поэтому ветроэнергетика и стала такой популярной в Бразилии. В настоящее время установленная ветроэнергетическая мощность Бразилии составляет 7 000 МВт, а к 2020 г. планируется довести этот показатель до 20 000 МВт.

– Сегодня в странах, где работа энергетического сектора была основана на использовании ископаемого топлива – нефти, угля, ядерного топлива, главным аргументом против широкомасштабного использования промышленных ветроэлектростанций (ВЭС) и солнечных электростанций (СЭС) становится проблема балансирования возобновляемой энергии, нестабильность которой может повлиять на стабильную работу всей энергосети. В Вашей стране существуют такие проблемы? Как Вы их решаете?

– Таковым всегда является аргумент против ветроэнергетики, и Бразилия в данном случае – не исключение. Я работаю в секторе ветроэнергетики Бразилии 30 лет и в свое время установил первую ветротурбину в нашей стране. Это была небольшая турбина установленной мощностью 200 кВт, диаметром ротора – 30 м. Повторюсь, ветротурбина- мощностью не 2 МВт, а всего 200 кВт. И вот тогда энергокомпания сообщила мне, что эта турбина негативно влияет на частоту и напряжение в сети. Речь шла об энергосети, обслуживающей город с населением свыше 2 млн человек! Как видите, я по собственному опыту знаю, что такое бороться с «ископаемым» лобби. Итак, относительно первой ветротурбины они заявляли, что она негативно влияет на работу энергосети, затем с течением времени и ростом установленной мощности ветро­энергетики аргумент изменился – сеть может принять максим 5% электро­энергии, выработанной за счет энергии ветра, впоследствии – максимум 10%. Но что же реально произошло в Бразилии? Энергосеть была адаптирована к работе ВЭС, электроэнергетики изменили и адаптировали управление энергосетью, отдав приоритет ветроэнергетическому сектору в вопросах присоединения ВЭС к сети и поставке ветровой электроэнергии в сеть. Таким образом, на местном уровне ветроэнергетики достигли успеха. Что же произошло на «режимном» уровне? Как все знают еще с уроков гео­графии, воздушные массы постоянно «перемещаются» – если ветер есть на какой-то площадке, то на расстоянии 500-1 000 км от нее ветра может уже не быть, и наоборот. Поэтому если анализировать работу ВЭС в Бразилии, можно сказать, что ВЭС в нашей стране генерирует действительно «фиксированные» объемы электроэнергии, потому что благодаря отличию ветровых условий на конкретной площадке в конкретное время, если суммировать все ВЭС, различные вариации существующих ветропарков, то генерация электроэнергии получается очень стабильной. Причем как днем, так и ночью. Это очень важный момент! В адрес ветроэнергетики часто звучит обвинение в том, что из-за непостоянной природы ветра генерация за счет такой энергии – нестабильна. Но это неправда. Если ветростанции «рассеяны» на большой территории страны, охватывая различные регионы, то «совместная» работа всех ВЭС при правильном управлении энергосетями дает надежную, постоянную и дешевую электрическую энергию.

– Последнее время в мировой масс-медиа все чаще звучит беспокойство в связи с нехваткой, возможным дефицитом водных ресурсов на планете. Мы знаем, что в Бразилии производство электро­энергии на больших гидро­электростанциях (ГЭС) также было сокращено. Подобное происходит и в Украине. Какими образом и за счет каких мощностей Вы компенсируете сокращение производства электроэнергии на ГЭС?

– Должен сказать, что гидроэнергетический кризис помог открыть дорогу развитию ветроэнергетики в стране. Почему? Ответ довольно прост. Засушливые годы влияли на работу гидростанций, и необходимо было развитие других энергогенерирующих технологий. Шесть-семь лет назад в Бразилии была предложена широкая правительственная программа по строительству тепловых электростанций (ТЭС). Но цена получаемой энергии в три-четыре раза превышала стоимость энергии, выработанной при помощи ветроэнергетики. В обществе стали говорить о том, почему при наличии дешевой энергии, полученной при использовании ветра, правительство покупает такие дорогие энергоносители, как нефть, в несколько раз превышающие стоимость энергии ветра? Подобные дискуссии, инициированные обществом, промышленностью – изменили отношение правительства к ветроэнергетике, заставили отказаться от программы строительства ТЭС и отдать приоритет ветроэнергетике. Такова была реальность. Сейчас мы при наличии ВЭС можем накапливать воду на дамбах ГЭС, доводить ее объемы до необходимых для работы ГЭС. А энергокомпании, операторы адаптировали себя к этому процессу. Что я хочу сказать – это процесс обучения. Изначально люди выступали против, а затем наступил энергетический кризис. При этом стоимость энергии ветра оказалась наиболее низкой, и энергокомпании, энергооператоры начали адаптироваться к изменениям. Сегодня тариф на электроэнергию, выработанную за счет энергии ветра, составляет около $50 за 1 МВт∙ч электроэнергии, или 5 долларовых цента за 1 кВт∙ч, а стоимость энергии, полученной на тепловых станциях – в четыре раза выше. Такова правда. И сегодня все политики, ранее выступавшие против ветроэнергетики, теперь ее активно поддерживают. Они все изменили свое отношение к этому виду энергии. И теперь в своих заявлениях они все говорят только о ветроэнергетике.

Источник: «Терминал» №47 (789) от 23 ноября 2015 г.

Оформить подписку на издание

Мировые эксперты считают, что глобальное сообщество должно стремиться к переходу на 100%-но возобновляемую энергию.

На этот вопрос пытались ответить участники 14-й конференции Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), прошедшей с 25 по 28 октября 2015 г. в Иерусалиме, Израиль. В центре внимания конференции, в работе которой приняли участие 340 политиков и экспертов из 30 стран мира, было обсуждение возможных подходов к переходу на полностью возобновляемую энергетику.

Участники конференции высказывали различные мнения по этому вопросу. Но главным и объединяющим было понимание того, что интенсивное развитие возобновляемой энергетики может спасти мир от глобального изменения климата, поможет избежать военных конфликтов, возникающих в современном мире из-за энергоресурсов. Именно возобновляемая энергетика дает возможность бедным странам повысить свой жизненный уровень путем обеспечения доступа к электроэнергии, создания новых рабочих мест, внедрения энерготехнологий за счет использования местных экологически чистых энергоресурсов.

В резолюции, принятой делегатами Всемирной ветро­энергетической конференции, отмечается, что одной из главных задач в реализации поставленных целей ведущим компонентом современного развития ветроэнергетических технологий является широкомасштабная интеграция ветроэнергетических мощностей в существующие энергетические системы, создание умных сетей энергоснабжения – smart grid, и совместное, децентрализованное использование различных возобновляемых технологий. Эта позиция была отражена и в многочисленных презентациях представителей правительств Израиля и Германии, влиятельных международных организаций, таких как IRENA, REN 21, Clobal 100% RE campaign и др.

Какова же позиция WWEA по этому вопросу? Вот как ответил на вопросы «Терминала» Стефан Гзюнгер, генеральный секретарь организации.

– Последнее время WWEA все чаще делает акцент на гармоничном развитии всей возобновляемой энергетики. При этом основным направлением деятельности ассоциации является развитие ветроэнергетического сектора. Более того, тема международной конференции, которую проводит WWEA в 2015 г. «Инновации для перехода на 100% за счет возобновляемой энергетики в гармонии с окружающей средой». Означает ли это, что у WWEA появились новые цели?

– В действительности новой цели нет. Мы продолжаем выполнять основную миссию ассоциации – продвижение использования энергии ветра в сочетании с другими возобновляемыми источниками энергии (ВИЭ). В связи с тем, что сегодня доля ветроэнергетики в энергобалансе многих странах довольно велика, необходимо думать о том, какая технология возобновляемой энергетики может дополнять ветро­энергетическую. Так как по своей природе энергия ветра является непостоянной (изменчивой), требуется наличие системы аккумулирования, или балансирования энергии. Учитывая, что энергия ветра достигла существенной доли в энергобалансе многих стран мира, необходимо ныне думать о будущей структуре энергосистемы, о том, каким должно быть оптимальное сочетание различных энергоносителей в общем энергобалансе. Не отходя в сторону, а следуя нашей первоначальной, «базовой» миссии, мы изучаем различные комбинации использования технологий ВИЭ. Именно по­этому мы считаем необходимым уже сегодня провести на мировом уровне обсуждения такого вопроса, как достижение энергетической системы, на 100% состоящей из ВИЭ. Эта терминология «100% за счет ВИЭ», наверное, несколько символична. Это означает, что в принципе любая энергия, которую человечество использует, должна быть возобновляемой. Мы заинтересованы в проведении общественно-политических дебатов относительно того, как можно этого достигнуть наилучшим образом. Однако мы не предлагаем одного технического решения для всех стран мира. Решение нужно найти, но мы хотим обратить мировое внимание на те территории и регионы, которые уже смогли достигнуть существенного прогресса в выполнении этой задачи  и, приумножив полученные ими результаты, распространить их во всем мире.

– Как Вы оцениваете развитие возобновляемой энергетики в странах бывшего СССР, где энергетические рынки ориентированы на использование ископаемого топлива?

– Если взять, к примеру, Китай, у которого сегодня установленная ветроэнергетическая мощность достигла почти 130 ГВт, или США, или Индию, и Украину, имеющую наибольший ветроэнергетический рынок среди стран СНГ, на котором установлено более 500 МВт ветроэнергетических мощностей, то сопоставлять очень сложно. Конечно, большое влияние на этот процесс оказывает общеполитическая ситуация.

Тяжелое политико-экономическое положение в Украине негативно влияет на современное развитие возобновляемой энергетики в стране. Однако стремление Украины в Евросоюз и особенно тот факт, что в какой-то день она станет членом Европейского Союза, является стимулом для более широкомасштабного развития ветроэнергетики. Украина должна будет взять на себя и выполнить обязательства по развитию возобновляемых технологий в стране.

Россия уже сделала первый шаг на пути развития возобновляемой энергетики. Но в настоящий момент, безусловно, на этом рынке мало что происходит. К сожалению, отношения между Россией и европейским сообществом сегодня характеризуются высокой степенью напряженности, и сотрудничество практически остановилось. Поэтому рассматривать страны ЕС в качестве примера успешного развития ветроэнергетики в России не приходится. В то же время, учитывая успешное развитие ветроэнергетики в странах-партнерах России по БРИКС – Китае, Бразилии и Индии, да и в ЮАР – сейчас большое внимание уделяется ветроэнергетическим технологиям. Думаю, что у России есть стимулы, чтобы следовать их примеру. И хотя РФ обладает огромными запасами ископаемых энергоносителей, все же в отдаленных районах страны использование гибридных систем, состоящих из ветро- и солнечных установок и дизельного генератора, экономически более выгодно, чем использование только дизельных установок. Поэтому я уверен, что этот рынок будет развиваться даже и без политической поддержки.

В любом случае можно сказать, что в странах бывшего СССР в этом направлении все же предпринимаются какие-то первые шаги.

– В каких странах планируется проведение последующих конференций WWEA?

Следующая конференция WWEA пройдет в Токио (Япония), в следующем году. На 2017 г. планируется проведение конференции в Швеции, затем, возможно, в Бразилии или Австралии. Окончательное решение еще должно быть принято. Но не забывайте, что WWEA также ежегодно проводит международную конференцию и выставку по «малой» ветроэнергетике – Small Wind Energy Summit в городе Хузум (Германия). Причем отмечу, что на этих конференциях и выставках представлены не только технологии «малой» ветроэнергетики, но и другие возобновляемые технологии, поскольку технологии автономного, децентрализованного генерирования энергии прекрасно сочетаются и ближе всего находятся к потребителю.

Кроме того, мы проводим или выступаем соорганизаторами других международных мероприятий по этой теме. Например, еще одна международная конференция 2016 г. будет связана с Японией и посвящается такому набирающему все более широкое распространение в мире явлению, как энергия для местных общин. Использование ветро­энергетических и других возобновляемых технологий для решения энергетических потребностей местных общин постоянно находится в центре внимания деятельности ассоциации. Существует ложное мнение о том, что местные жители не поддерживают развитие ветроэнергетики на их территории, жалуются на шум и «испорченный» ландшафт. Но это совсем не так: нам известно множество примеров того, как местные власти в складчину строят и эксплуатируют ветростанции, не только получая таким образом необходимую всем электро­энергию, но и зарабатывая на ее продаже в сеть.

Именно развитие децентрализованной, распределенной генерации энергии необходимо продвигать на более широкой основе. Именно за этой генерацией – будущее, и в решении этого глобального вопроса мы не можем позволить себе, чтобы по этому поводу возникла общественная оппозиция. И лучший способ обеспечить такое развитие для местной власти – владение или совместное владение ветростанцией.

ИНТЕРВЬЮ С ПРЕЗИДЕНТОМ

За день до начала работы конференции на Генеральной ассамблее WWEA был избран новый президент ассоциации. Им стал достопочтенный Петер Эллиот Рае, бывший австралийский сенатор от Либеральной партии штата Виктория, председатель Альянса по возобновляемой энергетике (REN Alliance). Новый президент поделился с «Терминалом» своими планами.

– Последние 8 лет WWEA возглавляли представители азиатского региона – Индии и Китая. Что изменится в политике ассоциации с Вашим приходом, представляющим регион Австралии и Океании?

– Думаю, тот факт, что я представляю регион со значительно меньшей численностью населения, нацию, находящуюся на другом промышленном уровне со своим пониманием «устойчивого развития», дает мне возможность оценить некоторые аспекты ныне существующих в мире потребностей, оценить их с точки зрения того, у кого меньше проблем, а поэтому – выше ответственность, с точки зрения объединения различных технологий для быстрого достижения максимально широкого устойчивого развития. Это один аспект.

Другой: наша ассоциация – это международная организация, деятельность которой охватывает все континенты. По­этому в нашей работе мы должны учитывать специфику различных регионов, предлагая различные подходы как для развитых, так и развивающихся стран, что, по моему мнению, является существенным в объединении всего разнообразия мнений в мире. То есть мы должны помогать в решении проблем, существующих в разных регионах. В качестве примера скажу о проблеме, с которой сталкиваются люди в таких индустриальных странах, как США или Австралия. Эта проблема связана с ростом беспокойства жителей относительно проникновения ветроэнергетики в их жизнь. Подобная ситуация вызвана противниками ветроэнергетического развития, обвиняющими ветроэнергетику во вредном воздействии на их здоровье и стиль жизни. Мы должны успокаивать людей и, конечно, объяснять им ситуацию с надежными фактами в руках. Другими словами, одним из важнейших аспектов деятельности WWEA, как я это вижу, является ответ на критику, избавление людей от беспокойства, вызванного быстрым распространением возобновляемой энергетики в целом и ветро­энергетики в частности.

– Вы стояли у истоков основания WWEA и с 2005 по 2011 гг. занимали должность вице-президента ассоциации. Скажите, какие Вы наблюдаете изменения в политике этой организации?

– Никаких изменений в политике ассоциации нет. Руководящим принципом WWEA является ее приверженность быстрому распространению ветро­энергетических технологий, ветроэнергетической промышленности во всем мире. Вместе с тем, изменения, произошедшие за эти годы в целом по всему миру, настолько драматичны, что их трудно передать словами. Драматизм заключается в том, что из небольшой генерации, существующей в ряде стран, ветроэнергетика превратилась в ведущую энергогенерирующую технологию мира. В настоящее время ветроэнергетика развивается в абсолютном большинстве стран мира. Энергетика, работающая на ископаемом топливе, рассматривает ветроэнергетическую промышленность как своего реального конкурента. Это то, чего не было ранее. Мы должны больше концентрировать свое внимание на разрушении мифов и критики, которую сегодня навязывают миру сектор ископаемого топлива и атомная энергетика в отношении возобновляемой энергетики. Представители консервативного подхода считают ВИЭ своими непосредственными конкурентами.

– Какие изменения Вы хотите внести в работу WWEA, возглавив ассоциацию?

– Мой послужной список включает и работу в качестве главы крупнейшего в Австралии производителя энергии за счет возобновляемых источников. Этот опыт работы помог мне, во-первых, в обретении понимания того, что для разработки политики, ответственной и в социальном, и в экологическом плане, необходимо большое сотрудничество, а во-вторых, в понимании роли общества в развитии и создании уверенности в необходимости устойчивого развития. Это те вопросы, которые широкое сообщество может решить более эффективно и результативно, чем одиночки. Еще одно соображение: накопленный мною опыт, который я считаю очень важным, – это создание ассоциации, объединяющей представителей различных направлений возобновляемой энергетики. Я убежден, что объединение широких знаний людей в разных странах является важной платформой, которая сможет повлиять на осознание роли ветроэнергетики в мире, роли устойчивого развития и роли всех возобновляемых источников энергии.

Наша ответственность заключается в том, что мы являемся «первым контактным лицом» для местных жителей. Мы должны четко объяснять  им нашу позицию, детально отвечать на все их вопросы. Думаю, что такая работа должна проводиться в первую очередь в виде обучения. Мы должны содействовать созданию общественного понимания тех преимуществ и выгод, которые несут в себе ветроэнергетические технологии. Тогда не будет недоверия и сопротивления со стороны местных общин.

Источник: «Терминал» №45 (787) от 9 ноября 2015 г.

Оформить подписку на издание

Впервые вице-президентом Всемирной ветроэнергетической ассоциации был избран представитель Украины. Им стал глава правления Украинской ветроэнергетической Ассоциации, директор проектов возобновляемой энергетики НТЦ «Психея» Андрей Конеченков.

Данное решение было принято на Генеральной ассамблее Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), прошедшей 25 октября в конференц-центре города Иерусалим.

Он принимал активное участие в работе WWEA c 2003 года, а с 2013 года возглавлял Комитет по ветроэнергетике стран СНГ.

Кроме того, на Генеральной ассамблее был избран новый президент WWEA — достопочтенный Петер Эллиот Рае, Председатель Альянса по возобновляемой энергетике (REN Alliance). Он сменил представителя Китая, профессора, доктора Хи Дексина, который возглавлял WWEA последние четыре года.

Коллектив НТЦ «Психея» искренне поздравляет вице-президента Андрея Конеченкова WWEA с избранием на почетную должность и желает крепкого здоровья, успехов в труде и во всех начинаниях!

В последние годы наблюдается тенденция к снижению среднемировых цен на оборудование для генерации солнечной энергии.

Такое мнение выразил директор проектов по возобновляемой энергетике Андрей Конеченков в ходе открытой лекции на 7-м Международном форуме по устойчивой энергетике «Автономное энергообеспечение, энергоэффективность и возобновляемая энергетика в Украине» 14 октября в Киеве.

«За последние 4 года — почти на 70% подешевели солнечные панели», — отметил эксперт.

Он подчеркнул, что эта тенденция представлена с учетом общемировых цен.

В то же время, в Украине «солнечный потенциал» остается нереализованным.

Согласно данным Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), 2014 год стал еще одним рекордом в истории ветроэнергетического сектора мира. Более 50 ГВт новых мощностей были введены в эксплуатацию в прошедшем году, приблизив общую установленную мощность всех ВЭС к 370 ГВт. Для сравнения атомная генерация была в прошлом году на уровне 374 ГВТ. Поскольку в 2015 году мощности атомной генерации практически не росли, а установленная мощность ветрогенерации перешагнула отметку в 400 ГВт, то можно констатировать тот факт, что уже сегодня ветроэнергетика в данном плане опередила атомную энергетику.

При этом, он отметил, что мировые ВЭС вырабатывают в мире всего 4% электроэнергии от общей выработки.

По словам А. Конеченкова, развитие ВИЭ в Украине зависит от многих факторов. К примеру, важную роль играет инвестиционный климат. На него в свою очередь влияет наличие государственной поддержки развития возобновляемой энергетики на законодательном уровне; создание благоприятных условий для развития национального производства; привязка «зеленого» тарифа и других форм финансовой поддержки развития ВИЭ к твердой валюте, а также соблюдение законодательства.

Часть 1. От ветряных мельниц к мировому прогрессу.

Когда речь заходит об использовании энергии ветра, многие отождествляют эту технологию с работой ветряных мельниц, популярных еще несколько веков назад в Голландии. На самом деле технологии преобразования кинетической энергии ветра в механическую, а ныне и в электрическую прошли большой путь и сегодня представляют собой современный промышленный сектор в более чем 100 станах мира.

Новый Закон «О внесении изменений в некоторые законы Украины относительно обеспечения конкурентных условий производства электроэнергии из альтернативных источников энергии», принятый Верховной Радой Украины 4 июня 2015 г., ввел «зеленый» тариф для установок домашних хозяйств, величина установленной мощности которых не превышают 30 кВт, использующих энергию солнца и/или ветра (см. Терминал №31 от 3.08.2015, стр. 13-15; Терминал №32 от 10.08.2015, стр.12-14). Попробуем разобраться, что представляет собой сегодня сектор малой ветроэнергетики и как новый Закон может способствовать развитию этой технологии в Украине.

Современная ветроэнергетическая отрасль делится на два сектора – малую ветроэнергетику и большую, промышленную.овый Закон «О внесении изменений в некоторые законы Украины относительно обеспечения конкурентных условий производства электроэнергии из альтернативных источников энергии», принятый Верховной Радой Украины 4 июня 2015 г., ввел «зеленый» тариф для установок домашних хозяйств, величина установленной мощности которых не превышают 30 кВт, использующих энергию солнца и/или ветра (см. Терминал №31 от 3.08.2015, стр. 13-15; Терминал №32 от 10.08.2015, стр.12-14). Попробуем разобраться, что представляет собой сегодня сектор малой ветроэнергетики и как новый Закон может способствовать развитию этой технологии в Украине.

В мире до сих пор нет единого определения «малой ветро­энергетики». Первоначально под «малой ветроэнергетикой» понималось производство за счет энергии ветра небольших объемов электроэнергии для работы бытовой техники или различных бытовых потребностей домашнего хозяйства. Тем не менее, это определение нельзя считать верным, так как модели потребления энергии отличаются друг от друга в разных частях мира. Например, для обеспечения электроэнергией своих бытовых потребностей американской семье потребуется ВЭУ мощностью 10 кВт, для европейской достаточно будет 4 кВт, а в Китае – 1 кВт.

Существует несколько определений ветротурбин малой мощности. Ведущая международная организация по стандартизации – Международная электротехническая комиссия (IEC) – под «малой ветротурбиной» понимает ветротурбину с ротором, с площадью ометания 200 кв. м, установленной мощностью до 50 кВт (стандарт IEC 61400-2). В различных странах введены свои определения малой ветротурбины. В целом мощность малых ВЭУ варьируется в диапазоне от 15 до 100 кВт, с тенденцией к росту. Если средний размер малых ветротурбин в 2010-м составлял 0,66 кВт по данным Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), то уже в 2013 г. он достиг 0,85 кВт. В разных странах среднестатистическая установленная мощность малых ВЭУ довольно разнообразна: в Китае – 0,5 кВт, а в США – 1,4 кВт.

То, что сегодня мы называем «большой» ветроэнергетикой, начиналось именно с развития «малой» . До 80-х годов ХХ века средняя мощность большинства установленных в мире ветротрубин не превышала 100 кВт. В сельской местности и удаленных территориях, например, в Китае и США, Южноафриканской Республике и Австралии малые ветроагрегаты были распространенным явлением, решающим многие бытовые и сельскохозяйственные задачи, включая подачу воды. Количество таких ветроустановок достигало нескольких тысяч – например, в ЮАР было установлено 3 тыс. «ветряных насосов». Примерно такое же количество было и в других странах.

Сегодня малая ветроэнергетика далеко вышла за пределы водяных насосно-подъемных механизмов, широко используемых исключительно в сельском хозяйстве, заняв место традиционных дизельных генераторов для управления железными дорогами, охранных систем и реа­лизации многих других технологических решений.

Подробнее материал читайте в журнале «Терминал» №35 (777) от 31 августа 2015 года

Что вызвало ветроэнергетический скачок в 2014 г.?

Причин для развития ветроэнергетики довольно много. Помимо традиционных целей – использование местных энергоресурсов, создания новых рабочих мест, развития высокотехнологичных производств нового поколения существуют и другие предпосылки. Например, интерес бизнеса инвестировать в прибыльные проекты при наличии государственной поддержки ветроэнергетического сектора. Или поиск альтернативных энерготехнологий для решения вопросов, связанных с сокращением потребления ископаемого топлива и уменьшением выбросов парниковых газов в окружающую среду. К основным современным движущим силам развития ветроэнергетики можно с уверенностью добавить и такой фактор, как динамично растущая конкурентоспособность ветроэнергетических технологий.

Растет число рынков, где ветроэнергетика в ценовом плане успешно конкурирует с высоко субсидируемыми правительствами традиционными энерготехнологиями – угольной и атомной. В течение последних 15 лет наблюдается стабильный рост мирового ветроэнергетического сектора. Строительство новых ТЭЦ, работающих на угле или атомных электростанций, зависит не только от стоимости ископаемого топлива, но и от капитальных затрат по созданию энергообъекта нового поколения, с минимизацией негативного воздействия процесса производства электроэнергии на окружающую и социальную среду. Растет необходимость в борьбе с удушливым смогом, делающим жизнь во многих развивающихся странах мира (не только в Китае) невозможной. Энергетическая безопасность, стабильность и предсказуемость цены, «ограждение» национальной экономики от ценовых шоков на мировых рынках ископаемого топлива – «двигали» развитие ветроэнергетики в 2014 г.

В этом обзоре идет речь о развитии сектора и причинах, вызвавших настоящий бум строительства новых ветроэнергетических объектов в ряде ведущих стран мира.

По данным Всемирной ветроэнергетической ассоциации (WWEA), 2014 г. стал еще одним рекордом в истории ветроэнергетического сектора мира. Более 50 ГВт новых мощностей были введены в эксплуа­тацию в прошедшем году, приблизив общую установленную мощность всех ВЭС к 370 ГВт. Объем рынка новых ветроэнергетических мощностей увеличился на 40% по сравнению с 2013-м, и превысил показатели рекордного 2012 г., когда были установлены 44,6 ГВт. Рекордные цифры 2014-го имеют особое значение, так как рост ветроэнергетического рынка проходил на фоне резкого падения цен на нефть, и многие эксперты выражали обеспокоенность в связи с возможным сокращением рынка, вызванным дешевой нефтью. Однако 2014 г. убедительно продемонстрировал несостоятельность ранее существовавшего мнения, что более низкие цены на нефть будут оказывать негативное влияние на сектор ветро­энергетики. Этого не произошло. Ветроэнергетические технологии прочно вошли в мировую энергетику. Согласно прогнозам Глобального совета по ветроэнергетике GWEC, в 2015 г. будет установлено еще около 50 МВт новых мощностей, а с 2016 по 2018 гг. рост мировой ветроэнергетики достигнет порядка 60 МВт в год (см. график «Прогноз развития рынка 2014-2019 гг.»).

Подробнее материал читайте в журнале «Терминал» №23 (765) от 8 июня 2015 года